Интересное явление — деградация американских приключенческих кинофраншиз. Очень наглядно показывает энтропию семиотической системы. Кинофраншиза начинается с концентрированного потока гениальных образов. Не со структуры, а именно из кирпичиков: маски Дарта Вейдера, кнута Индианы Джонса и раздвижных челюстей ксеноморфа. Ситуация когда язык берет начало от словаря.
Появившаяся система обладает одним важным качеством, которое можно условно назвать герметичностью т. е. возникнув она перестает впускать в себя новые элементы. Чужой никогда не забредет на Звезду смерти, а Рипли вряд ли возьмет в напарники нелепого робота-переводчика, ей нравятся другие ̶м̶у̶ж̶ч̶и̶н̶ы андроиды. Сочетание кубиков может меняться, сами кубики — нет.
В том и беда: количество возможных манипуляций с образами конечно, ситуация как с анекдотом который может быть рассказан один, максимум, два раза, с каждым повтором его неуместность и вторичность нарастает в геометрической прогрессии. А далее карикатура на изначальное произведение: расстояние между Space Balls и Star wars последнего разлива меньшее чем между первыми и последними сериями франшизы. В свое время восхищавшие меня панорамные окна звездолетов все больше напоминают мечту советского садовода о роскошной веранде.
За Т-800 особенно обидно. Из страшной машины для убийства, ничего не чувствующей, но которую можно любить, в сыпящего гэгами пивного мужика, в котором внезапно зародилась некая поганая жизнь, но быть любимым уже не светит. Лучше б превратили в кофеварку и то гуманнее.
Что-то подобное, вероятно, происходит и с киноязыком в целом. Со временем содержание начинает высыпаться из формы, что диктует необходимость создания новых форм, в ином случае искусство перестает быть искусством.
Мне нравятся простые световые мечи Оби Вана и Люка. Увеличение количества деталей, изменение формы, длины и цвета — эволюционный путь фаллоимитатора, для оружия благородного рыцаря такое не годится.