За прошедший год блокчейн добрался до всего. Не обошла возможность использовать распределенный леджер и международный сектор прав собственности. Проекты как внутри государства, так и в коммерческих компаниях предлагали преобразовать подхода к управлению земельными ресурсами. Сейчас блокчейн-безумие уменьшилось, и возникли вопросы. Не получится полноценно перевести кадастр на блокчейн, нужно реалистично оценивать выгоды и использовать пилоты.
Проблемы
Не будем говорить о бюрократической системе России, дадим ей время развиться. Посмотрим на Запад. В США записи о недвижимом имуществе хранятся на уровне местного правительства. В Калифорнии асессор поддерживает все записи о недвижимости. Многие округа принимают электронные версии записей о праве собственности на землю, но документы о грантах или доверенности все еще полагаются на бумажные оригиналы. Эта несовершенная система записей о недвижимости является одной из причин того, что страховщики ежегодно получает миллиарды доходов.
Примерно такая ж система во всем мире. Опираясь на бумажные документы в одном центральном месте, создается система, уязвимая для несчастных случаев и стихийных бедствий. Она также уязвима для мошенничества или фальсификации в коррумпированных правительственных режимах. В 2010 году крупное землетрясение на Гаити разрушило или повредило многочисленные муниципальные здания, используемые для хранения записей о землях. Это создало беспорядок: как определить, у кого какие законные права и на что.
Реализованные проекты
Первое громкое внедрение блокчейна в кадастр было в мае 2015 года. Правительство Гондураса заявило, что построит реестр прав на землю с использованием блокчейна. Перуанский экономист и эксперт по имущественным правам Эрнандо де Сото стал частью экспертного совета и участвовал в мозговом штурме по поводу того, как можно применить технологию к земельному сектору. Однако предлагаемый проект с тех пор не получил развития, поскольку ключевые участники столкнулись со сложностями реализации. Права собственности на самом деле довольно сложны, простое внедрение технологии для новой записи не панацея.
В штате Андхра-Прадеш в Индии коррупция и мошенничество привели к тому, что правительство обратило внимание на блокчейн. Это стало возможным решением превратить записи о владении в нечто более законное.
В графстве Кук штата Иллинойс завершили экспериментальную программу, которая изучила, как технология может реализоваться в соответствии с действующим законодательством и практикой.
На Украине государство, Transparency International и Bitfury объединились, чтобы перевести Государственный земельный кадастр на блокчейн. Позже выяснилось, что на блокчейн переведена только процедура проверки выписки, а вся база продолжает храниться в недосягаемости.
Похожую технологию в качестве пилота запустили в Швеции, Бразилии и Дубае.
Национальное агентство публичного реестра Грузии также объявило о партнерстве с BitFury в этой области. Эрнандо де Сото консультирует этот проект на фреймворке Exonum.
Реестр и кадастр Грузии технически продвинут: страна занимает третье место в мире по упрощению регистрации собственности, согласно докладу Всемирного банка. Это облегчает внедрение блокчейна, постепенное улучшение прозрачности и безопасности транзакций может быть оправдано. В других странах основной препятствие — отсутствие необходимой политики для эффективной инфраструктуры управления земельными ресурсами.
Хотя в каждом из этих случаев правительства еще не полностью заменили традиционные системы на блокчейн, это первые шаги и примеры того, как в будущем технология будет использоваться в сфере кадастрового учета.
Несмотря на прогресс в понимании того, как и когда применять блокчейн, важно помнить, что это по-прежнему зарождающаяся технологией. Странам еще предстоит разработать систему, которая проверяет данные, введенные в цепочку.
Во многих управление земельными ресурсами является фундаментальным вопросом управления, который, в сочетании с отсутствием данных и прозрачностью, приводит к небезопасным правам на землю. Это происходит не из-за небезопасных систем, а из-за отсутствия регистрации и справедливого учета прав в первую очередь.
