Игра! Игра! Игра! То, что в современном мире принято обесценивать, пропагандируя серьезность как ориентир и то, без чего нам не ощутить радость жизни.
Когда я была маленькой, я очень старалась быть хорошей девочкой, чтобы, например, выделиться из группы в садике и рассчитывать на особое внимание и заботу воспитательницы.
Даже сейчас я не способна работать в коллективе с 9 до 18, мои личностные особенности таковы, что общение я очень строго дозирую. У меня такой хорошо адаптированный аутичный спектр, и в моем мире сенсорная и умственная нагрузка строго распределяется. Я могу жить только “по силе”. И сейчас понимая свои особенности, я с ужасом думаю, как же у меня получилось выдержать ясли-садик-школу-общагу. Именно в садике я выработала эту сратегию выживания: “Быть взрослее, чем я есть”, не причинять сложностей воспитателям, помогать им, держать себя в руках, быть самостоятельной. Тогда это сработало и навык самостоятельности, автономности, сознательности навсегда остался со мной и здорово меня выручает. именно он помог мне выстроить свой закрытый мир, где я могу расслабиться и быть собой.
Но было еще то, что мне помогало тогда выжить. Игра. Я представляла себя животными, любила играть в котят и собак. Представляла себя в собачьей стае, в волчьей стае. Помню мне 8 лет, Забайкалье, зима, степной ветер задувает в лицо хлопья снега, я иду в музыкальную школу. Идти мне минут 20. Сейчас бы я сама в такую погоду не пошла и детей не пустила бы из дома, но тогда мне и мысли такие не приходили. И я представила себя лошадкой. За свое детство, прошедшее в Монголии, я насмотрелась и местных маленьких лохматых лошадок, которые тоже жили в степи и круглый год жили под открытым небом.
Тогда я превратилась в эту стойкую лошадку и шла-шла-шла в школу, а потом обратно. Игра тогда меня вытянула, хотя другая часть меня хотела остановиться и замерзнуть. Ведь если бы все было так беззаботно, я бы не вспомнила того эпизода борьбы со стихией.
В детстве мне это давалось легко, а вот к моему студенчеству этот навык или растерялся, или нас в школе перед экзаменами так застращали, что путь к той играющей девочке оказался закрыт и с начала студенчества я вспоминаю свою жизнь как одну большую тягомотную пургу - безнадегу.
О том, что важно играть, и важно чувствовать, и что взрослые как раз могут играть в полную силу, я стала узнавать только после рождения сына. Тогда я впервые оказалась в круге людей, которые сказали мне вслух: “Можно чувствовать и проявлять все чувства! Можно смеяться и лить слезы и нужно превращать жизнь в игру. Только в игровом состоянии можно творить и выходить за рамки, только в игровом состоянии можно строить счастливые семейные отношения, понять своего ребенка”.
И все эти 13 лет я учусь снова играть. Не так это просто, когда большую часть жизни сначала окружающие. а потом ты сама культивировали серьезность и твердое стояние на земле. Временами на меня накатывает состояние “Жизнь - боль и как же все сложно”. В такие моменты у меня не пишутся тексты, получаются сухие вебинары и мельчает денежный поток. Деньги очень не любят моей серьезности.
Зато в игре появляются новые задумки, идеи и в атмосфере дуракаваляния деньги тут как тут.
И чтобы из провала “жизнь - боль” мне войти в игровое состояние, я использую приемы, которые люди придумали давным - давно и закрепили их как рабочие инструменты по вызову игрового состояния в нашей культуре. Именно с ними я буду знакомить на курсе “Бабушкины секреты”, который стартует 3 декабря.
Еще я рекомендую посмотреть фильм “Жизнь прекрасна”, о том, как игра помогла выжить, в том числе и душевно, мальчику, который попал в концлагерь вместе со своим отцом, и отец, войдя в игровое состояние, создал игру для сына. Еще Виктор Франкл, автор книги “Психолог в концлагере” сделал вывод, что в концлагере выживали лишь те, у кого оставалась цель, ради чего жить. А в любой игре эта цель присутствует.
Еще рекомендую книгу Осориной “Секретный мир детей в пространстве мира взрослых”, благодаря которой вы поймете не только своих детей, но и своих внутренних детей и их потребности.