Сегодня возле магазина ко мне подошла особь пубертатного возраста с плохо определившимися внешними гендерными отличиями. Оно так - вальяжно и фамильярно в своём обращении удостоило меня чести стать посредником в приобретении для него пачки сигарет. Естессно, это недоразумение было культурно послано на х.. и, пробурчав угрюмо что-то нечленораздельное, продолжило поиск очередного кандидата для шопинга.
А я, возвращаясь домой, кубатурил мысль о методах современного воспитания нашей надёжи завтрашнего дня. Само собой не обошлось без аналогий в далёкой ретроспективе. В мою сопливую бытность за подобную наглость несовершеннолетний фигурант был бы схвачен и от.уячен. Не в жестокой форме, конечно, но красное ухо и несколько оплеух к неизбежному воспитательному моменту прилагались бы.
Да и не было у нас такой отваги, что бы вот так: "мужик купи сигарет!" Максимум: "дяденька, пожалуйста..." и то - с безопасного расстояния, чтоб успеть ретироваться в случае чего. Почему же сейчас иначе? Где мы что упустили, как получилось так, что современные подростки позволяют себе такие вольности? В итоге я пришёл к выводу, что львиная доля вины лежит на государстве с современными законами.
Приведу пример. дабы не быть голословным. Чуть больше двух лет назад приключился у меня внутрисемейный конфликт поколений, закончившийся непедагогичным внушением с помощью ремешка. Не стану вникать в детали, скажу лишь, что мой киндер долгое время пользовался кредитом моего терпения, и в итоге настал час платить по счетам.
Собственно, сама ситуация вполне стандартная для многих семей. Если бы не одно НО! Одна бдительная соседка стала случайной свидетельницей моей непростительной (в её представлении) жестокости, и проявив гражданскую сознательность, сообщила о случившемся инцинденте в соответствующие органы. Не прошло и десяти минут, как я в окружении следователя, представителей соцопеки и двух оперов уже давал показания. Не хватало только наручников.
По горячему была проведена судмедэкспертиза. Зафиксированы (внимание!) телесные повреждения лёгкой степени тяжести в виде трёх покраснений на коже в соответствующем месте. После этого было уголовное дело и полтора года мытарств по всевозможным сопутствующим этому инстанциям. В результате дело было закрыто по примирению сторон, а я предупреждён о более суровых судебных санкциях в случае рецидива с моей стороны.
Вот и получается, что из классического метода воспитания кнутом и пряником, кнут стал архаизмом, а на пряниках наша молодёжь настолько зажралась, что перестала реагировать на любые запреты, чувствуя полную безнаказанность.