Я думаю, что уровень социальной напряженности, связанной с повышением НДС, которое ударит по карманам каждого, и с пенсионной реформой, которой недовольно подавляющее большинство граждан, примерно одинаков и в Челябинске, и в Москве, и в Нижнем Новгороде.
И если Центр экономических и политических реформ включил Нижегородскую область в тройку регионов с наибольшим количеством протестных акций численностью более тысячи человек, то надо еще посмотреть, кто и как определял численность этих мероприятий. Я не знаю, чьи именно данные были использованы – организаторов или МВД (а это совершенно разные цифры), или что-то среднее.
После любого протестного мероприятия мы имеем две оценки. Первая – организаторов, которые практически всегда стараются показать максимум заявленного показателя, была заявка на пять тысяч – напишут 4 999.
У ГУВД другая методика. Точнее, если организаторы всегда берут цифры, что называется, «от балды», то у ГУВД есть хоть какая-то методика, и по ней показатели получаются всегда существенно ниже. Но даже они достаточно произвольные и зависят от регионального отделения МВД, которое имеет свои определенные конъюнктурные соображения.
Цифирьку можно рихтовать, утрясать. Где-то в ГУВД скажут: «поставь, как насчитали». А где-то: «подвинь на пару сотен вниз – пусть докажут, что все были участники, а не случайные прохожие». Поэтому данные исследования, даже если они опирались на более-менее объективный показатель МВД, значат не слишком много. Пара сотен для тысячи участников это двадцать процентов.
В любом случае, в этом исследовании «крупными» акциями названы те, что больше тысячи человек. А что такое тысяча для города-миллионника? Это ни о чем.
Вот общее число акций, по которому Нижний стоит на двадцать второй строчке, это довольно объективный показатель.
К тому же надо понимать, что тысяча человек в Нижнем Новгороде и во Владимире, который в три с половиной раза меньше, это две разные тысячи.
Еще один момент. Протестная активность населения реализуется в виде каких-то акций не сама по себе (люди быстренько созвонились в Вайбере и пошли протестовать) – обязательно есть организационный центр. Мероприятие проводит какая-то структура – оппозиционная партия или несистемная оппозиция, еще кто-то. Соответственно, здесь более важны организационные возможности и активность именно этой структуры, чем протестные настроения граждан.
Все последние исследования показывают, что уровень недовольства пенсионной реформой достаточно высок, хотя и не зашкаливает. В зависимости от методик насчитывают и пятьдесят процентов недовольных, и двадцать процентов.
Но готовы ли люди выходить на улицы по этому поводу? Я считаю, что не готовы. Если бы потенциал протестной активности был достаточно высок, в городе-миллионнике на митинг бы приходила не тысяча человек, а существенно больше.
Многие недовольные не приходят потому, что не видят смысла в участии в подобных протестах, полагая, что они ничего не изменят – и нечего время тратить.
Что касается общего числа протестных акций, то, думаю, в числе лидеров присутствуют те регионы, где были наиболее энергичные избирательные кампании. Потому что это политический инструмент в рамках предвыборной борьбы. У нас же кампания была вялая, поэтому двадцать второе место.
А численность… это условный показатель. Что лучше десять акций по тысяче, или одна в десять тысяч? Я думаю, что лучше десятитысячная акция – она показывает некую массовость и организационные возможности. А триста или пятьсот человек – никто не заметит, собирайте хоть каждую неделю, если есть деньги на организационные затраты.
Андрей Самсонов