Про задержку психического развития - ЗПР - я мельком слышала и где-то даже читала, но невнимательно, поэтому когда Ирка заговорила об этом, я сразу и не поняла, о чем она толкует.
"Слушай, Сашка, ты Вальку Сундукову помнишь? Да, развелась она недавно... Так вот, я сегодня ходила в детскую поликлинику за направлениями на анализы доче и ее там встретила. Вышла от детского психиатра радостная. Говорит, ее сыну Никите скоро диагноз ЗПР совсем снимут! А то рекомендовали коррекционную школу для начала, если выправится, то переведут в обычную. Валька на свекровь злая, она у них дама непробиваемая, бульдозероподобная - если что решила сделать, всех сомнет на пути!
Никите три года было, когда Валькин муж устроился работать по вахте, 60/30. Он уехал с матушкиного благословения, Валька тоже на работу вышла после декрета. Никиту в сад отдавать свекровь строго-настрого запретила, сказала, что к школе она его сама подготовит и даже лучше, чем все "садовские вертихвостки" (так она воспитателей называла). А то, что сама не педагог ни разу - это вообще дело десятое. Но с танком не поспоришь, у него аргументы весомее! И Валька согласилась...
Бабушка воспитание начала с хорошего питания. Сама весом под сто пятьдесят килограммов, не дура покушать плотно, она и мальчонку пичкала едой, практически насиловала. Порции накладывала огромные для малыша и заставляла все съедать. Если парень не слушался, она брала ложку и сама его кормила. Если же и тогда Никита "проявлял норов", хваталась за ремень, но не била, а пугала, то замахиваясь, то легонько шлепая пониже спины. Он мог просидеть на кухне над тарелкой с завтрака до обеда, и тогда бабушка сдавалась и отпускала, понимая, что теряет время, а ведь еще столько дел! Но при этом выговаривала ему, какой он неблагодарный, плохой и вообще умрет скоро от недоедания. Причем в выражениях "педагог" не стеснялась.
Далее по расписанию шли занятия рисованием, письмом, счетом и азбукой. Может быть, когда-то Никите и нравилось заниматься, но бешеный напор бабушки и ее неспособность увлечь мальчика превращали любое занятие в пытку. Она могла часами бубнить одно и то же, заставлять выполнять одно задание снова и снова... И опять Никита оставался виноват в том, что растет таким капризным, ленивым и вообще ни на что не способным.
Валька работала как проклятая, в выходные брала дела домой, ездила в командировки, уходила рано, приходила поздно и в такой круговерти не замечала, что Никита стал очень замкнутым, часами мог сидеть над конструктором и молчать, а то вдруг его словно подкидывало, и он начинал носиться по дому, круша все на своем пути. Разговаривал, заикаясь, и не мог ответить на элементарные вопросы, не оглядываясь на бабушку, словно ждал от нее одобрения за правильные ответы. Муж приезжал домой после двух месяцев вахты, сначала "отдыхал" с дружками по гаражам, потом отходил и шел работать в такси. В дни его "отдыха" Никите часто влетало за поведение: то играл слишком шумно, то слишком тихо, то не ответил, когда батя спросил...
К пяти годам мальчик мог писать, читать по слогам, знал цифры и немного считал. А еще заикался, имел недостаточный для своего возраста вес, ночной энурез и непредсказуемое поведение. Бабушка делала за него практически все, начиная с чистки зубов и заканчивая одеванием.
Однажды бабушка слегла в больницу, муж был в отъезде, и Вальке самой пришлось сидеть с заболевшим сыном дома. Вот тогда у нее и открылись глаза на то, каким стал ее ребенок. Не способный ничего сделать сам, он днями напролет мог сидеть в своей комнате, неумытый и неодетый, пока мать его не отведет в ванную. На кухне творился адский трэш с нежеланием даже взять ложку в руку, не говоря уже о том, что нужно было поесть, хотя бы немного. Сначала Валька предлагала и то, и это, и пятое-десятое... В конце концов, сдалась и предоставила ему выбор есть то, что он хочет и сколько хочет. Так она стала поступать во всем: отпускала гулять одного во двор (правда, сама сидела возле окна, наблюдала - все-таки ребенок непредсказуем!), позволяла одеваться самому, выбирать одежду, вместе с ним они заправляли кровать, прибирали игрушки, вместе умывались и рисовали... Валька позволяла ему измазаться в гуаши самому и измазать ее... Она смотрела на сына, видела его счастье, хохотала вместе с ним, а ночью рыдала в подушку от жалости к нему и от злости на себя и на свекровь.
Когда бабушка выписалась из больницы, у них с Валькой произошел грандиозный скандал, шумный и отвратительный. Свекровь орала, что Валька - никудышная мать, как можно мальчика одного отпускать гулять, что у Никиты вообще нет никакого права выбирать что-либо, потому что он ребенок и не знает толком, что ему нужно. Что взрослый обязан контролировать ребенка везде и во всем, и вообще "неважно, что он хочет!". Вальке надоело слушать истерику, они с Никитой собрались и ушли во двор, надеясь, что бабушка хотя бы немного остынет. Не тут-то было! Свекровь выскочила за ними и попыталась ударить Вальку. Потом схватила Никиту за руку и потащила в дом. Это была последняя капля! На вызов вместе с участковым приехала инспектор по делам несовершеннолетних, красивая молодая женщина. Написав кучу бумаг, она устало посмотрела на Вальку и просто сказала: "Собирайтесь!".
Вальке повторять было не нужно. Она быстро собрала документы, вещи и сына, и вместе с полицейскими они ушли под стоны свекрови. Сняв маленькую квартирку, Валька с Никитой стали в ней устраиваться.
Вечером позвонил муж. Валька попыталась объяснить, рассказать, но он не хотел слушать, был полностью на стороне своей матери. Требовал вернуться, просить прощения у нее, ведь она так много сделала для них! Ну, да, очень много, но не факт, что хорошего! Выслушав о себе и своих родителях кучу всякого дерьма, Валька на следующий день подала заявление на развод.
Следующий месяц прошел в боях. Бабушка, разузнав, в какой садик Валька отдала Никиту, целыми днями торчала у ворот и, едва завидев мальчика, подзывала его и говорила очень много плохого про маму. Пришлось писать заявление в полицию и бумагу на имя заведующей садом с требованием никого из родственников не подпускать к ребенку, кроме матери. Поняв, что у садика ей больше делать нечего, эта страшная женщина стала караулить невестку с внуком возле дома, где они снимали квартиру, умудрялась встречаться возле магазина, куда они заходили после садика по дороге домой... Затем сумасшедшую бабушку сменил муж, приехавший с вахты. Он уговаривал Вальку вернуться, говорил, что все будет хорошо и вообще все будет, включая отдельное от бесноватой матушки жилье... Когда он понял, что Вальке уже ничего этого не надо, а надо только чтобы разнообразные психбольные не мешали жить спокойно, перешел к угрозам. И вновь ушла бумага в полицию...
В конце концов, полиция и суд сделали свое дело: их развели, а папа встречается с сыном только в определенные дни, в определенном месте и в присутствии инспекторов ПДН. Бабушку мальчик видеть не хочет...
Валька говорит, что Никита очень изменился, чему помогли занятия с психологом и логопедом, физиолечение и таблетки. Так что парень пойдет в нормальную школу вместе со своими друзьями, которых появилось немало."
Страшная женщина... Она может быть не только бабушкой, но и матерью, сестрой, теткой и даже вообще не женщиной, а мужчиной. Такие люди способны "залюбить до смерти" , "задушить в объятиях"... Я раньше думала, что это метафоры. Оказывается, нет...
P.S. Кошка ждет лайков и добрых слов)))