Морозный зимний вечер. Из ресторана выходит посетитель навеселе, укутывается в пальто и вскидывает руку, подзывая извозчика…
Особенности зимнего извоза
В холодную пору года для работников извозного дела наступали золотые деньки. Зима ежегодно вносила коррективы в жизнь губернского Минска. Морозы и снег заставляли горожан отказываться от частых визитов в лавки или на рынок, а также дальних прогулок. Но все же долгие зимние вечера многие минчане предпочитали проводить вне дома: посвящали их культурному отдыху, ходили в гости, гуляли…
Театры в это время всегда были полны зрителей, а рестораны – отдыхающих. После приятного времяпрепровождения верхом глупости считалось идти домой пешком по морозу. Модным же было с ветерком домчаться до подъезда на извозчике. Зима для «таксистов» дореволюционного Минска была самым желанным временем года.
Собиравшиеся вечером около театров конные экипажи занимали места в соответствии с негласным ранжированием. Самые выгодные отдавались лихачам – элите этого промысла. Чаще всего извозчики были зарезервированы минчанами из высшего общества и даже поставлены в известность, в каком театре или ресторане сегодня эти господа отдыхают. Их повозки или сани относились к высшему разряду, и лихачи спокойно могли отказать какому-нибудь низшему чиновнику в проезде. Не зря ведь у них были и номера из первой сотни. Дожидаясь своей очереди на посадку пассажиров, поодаль ютились более скромные извозчики. Они развозили менее состоятельных горожан. По негласному правилу к театрам не допускались ваньки – извозчики низшего, третьего, класса.
Из грязи…
Зимой количество минских извозчиков значительно увеличивалось: повышенный спрос рождал предложение. В это время ряды ванек в Минске пополнялись главным образом за счет крестьян из близлежащих деревень. С первым снегом, когда заканчивались полевые работы, деревенские мужики отправлялись на санях в город на заработки. Первым делом они обязаны были получить разрешение на извозный промысел. Главным критерием для выдачи свидетельства было наличие справки о несудимости – благонадежности, как ее называли. Кроме того, необходимо было внести денежный залог в городскую управу. И только после этого крестьянин мог получить заветный номер и приступить к работе.
Конечно, можно было попытаться заняться извозом нелегально. Но это было чрезвычайно опасно. Городовые постоянно следили за такими работниками и при первой поимке выпроваживали их из города. Сдавали нелегалов и зарегистрированные извозчики, видя в них прямых конкурентов.
Так как сани крестьян были наиболее приспособлены для перевозки грузов, то чаще всего занимались ломовым извозом. К транспорту сельских жителей в большинстве случаев невозможно было придраться, поскольку содержался он в чистоте и порядке. А на покупку новых саней у крестьян часто не было средств. Те же из сельских жителей, у кого зимнее средство передвижения было лучше, пытались заработать легковым извозом.
Конкуренцию им составляли сезонные рабочие. В Минске это были в основном каменщики. Летом, работая на стройке, они могли накопить достаточно денег на покупку лошади, саней и на зиму переквалифицироваться в извозчиков. Весной же, продав рабочий инвентарь, возвращались на стройку.
Безлошадные рабочие и крестьяне могли наняться на работу к извозопромышленникам. Например, в 1907 году у одного такого работодателя по фамилии Михайловский было 10 лошадей.
Также можно было устроиться на работу в качестве поденщика на ночную смену к городским извозчикам, которые никогда не отказывались от дополнительного заработка, имея еще одну лошадь на смену.
Эх, залетные!..
Труд извозчиков был тяжелым. Работать приходилось с раннего утра до поздней ночи. Горожане прекрасно были осведомлены о стоимости проезда и редко соглашались платить сверх установленной городской управой таксы. В начале XX века стоимость проезда от Соборной площади до Виленского вокзала составляла 30 копеек. Доехать до Брестского стоило на 10 копеек дороже. Поездка по центру города обходилась горожанину в 15 копеек, а на разрекламированном экипаже лихача – 20 копеек. С окраин же доехать до вокзалов можно было за полрубля.
В среднем за день легковой извозчик второго ранга мог заработать три рубля. Крестьяне, в подавляющем большинстве относившиеся к третьему рангу, часто довольствовались полутора-двумя рублями выручки. Большая часть этих денег уходила на корм лошади, плату за место в стойле и за ночлег. Питались извозчики-крестьяне скудно, стараясь сохранить побольше денег для семьи в деревне. Основу их рациона составляли требуха, соленые огурцы и хлеб. Неотъемлемым элементом была водка, употреблявшаяся для сугреву в среднем трижды на день.
Несмотря ни на какие трудности, ежегодно сотни крестьян зимой отправлялись в губернский город в надежде заработать хотя бы десяток рублей за извозный золотой сезон. Благо душу грела мысль, что в один прекрасный момент появится твой богатый пассажир. Не зря ведь кочевал среди извозчиков рассказ про одного петербургского извозопромышленника, который за один раз получил чаевых от вельможной особы столько, что сумел открыть свое дело… И в разных местах города можно было услышать привычное деревенское: «Вам куды, Вась-сиясь?» («Вам куда, Ваше сиятельство?»)
Автор: Дмитрий Исайчук