Творчество режиссера Патриса Леконта на исходе девяностых обрело новые оттенки. Его мастерство стало вызывать восхищение и у зрителей, и у критиков. Хотя некоторые и считают, что его картины утратили что-то, присущее более ранним работам. Например, та характерная для галлов веселая ирония, создающее праздничное настроение, которую зритель видел в «Насмешке». Все-таки не зря этот фильм получил награды, в том числе и за режиссуру. В «Девушке на мосту» ее заменило искусство вычурное в своей изящности, с некоторым налетом надуманности. Хотя этому фильму никак нельзя отказать в изысканности и благородстве, что умело подчеркнуто черно-белым вариантом исполнения. Это совершенно другой аспект творчества талантливого француза. Романтичность встречи неудачницы Адель и уставшего Габора, метателя ножей, их неспособность быть врозь, сохраняя свой успех, эмоции, что сопровождают их взаимоотношения – все это очень далеко от не менее эмоционального «Мужа парикмахерши». И уж конечно, нельзя сравнивать эту картину со столь же волнующим, но гораздо более веселым и легкомысленным «Танго». Своеобразность фильма «Девушка на мосту» понимается не сразу. Вначале зритель наслаждается меткими диалогами этой необычной пары.
Затем становится более ясной сюжетная конструкция, которая начинает постепенно вызывать чувство искусственности – настолько она эффектна и изящна. Возникает ощущение, что внешняя мишура важнее искренних чувств. Чего, по сути, и добивался режиссер. Та откровенность, которую демонстрирует в начале ленты Адель, к концу фильма теряется в иллюзиях, которые окружают ее. Вместо доверия внутри остается пустота, а снаружи – фальшивая роскошь.
