Из книги Кэрол Дуэк «Гибкое сознание. Новый взгляд на психологию развития взрослых и детей»
Джон Макинрой был уверен, что талант — это все. Он не любил учиться. Испытания его не воодушевляли, и, когда начинались трудности, он частенько сдавался. В итоге, по его собственному признанию, он так и не реализовал свой потенциал в полной мере.
Но его талант был настолько велик, что Джон четыре года подряд становился первой ракеткой мира. И вот что он писал о том, каково оно — быть номером один.
Во время матчей Макинрой использовал древесную стружку, чтобы осушить ладони. Однажды опилки оказались не того сорта, какой ему нравился, он подошел к банке со стружкой и ударом ракетки опрокинул ее. Тут же примчался его агент Гари, чтобы выяснить, в чем проблема.
«„И ты называешь это стружкой?“ — спросил я его. На самом деле я на него орал — опилки были слишком мелкого помола. „Это не опилки, а крысиный яд какой-то. Ты можешь хоть что-нибудь сделать как надо?!“
Гари выбежал и через двадцать минут вернулся с новой банкой более грубой стружки. Правда, в кармане у него стало на 20 долларов меньше — ему пришлось заплатить кому-то из сотрудников, чтобы срочно измельчить небольшой брусок. Вот что означало быть первой ракеткой мира».
Далее Макинрой рассказывает о том, как однажды он учинил разнос почтенной японской даме, у которой гостил. На следующий день она поклонилась, извинилась и преподнесла ему подарок. «Вот что значит быть номером один», — заявляет Макинрой.
«Все исключительно и только для тебя… „У вас все хорошо? Не хотите ли это, не хотите ли то? Мы вам это оплатим, мы это сделаем, мы вас туда поцелуем“. Вам остается делать лишь то, что нравится; на все остальное у вас один ответ: „Отвали!“ Очень долго меня все это вполне устраивало. А вас бы не устраивало?»
Давайте разберемся. Если вы успешны, значит ли это, что вы лучше других людей? Что вы можете обижать их и заставлять пресмыкаться перед вами? У людей с установкой на данность это может сойти за самоуважение.
А теперь давайте посмотрим на Майкла Джордана, типичного спортсмена с установкой на рост, чьи выдающиеся качества во всем мире регулярно описывают словами:
«Супермен», «Игрок от бога» и «Иисус в кроссовках». Если у кого и есть основания считать себя человеком неординарным, так это у него. Но вот что он сказал, когда его возвращение в баскетбол вызвало настоящий ажиотаж: «Я был удивлен, какой шум поднялся, когда я вернулся к игре… Люди приветствовали меня так, будто я божество какое-то. Мне было очень неловко. Я такой же человек, как и все».
Джордан знал, какого труда ему стоило развить свои способности. Он из тех людей, кто добивался всего потом и кровью, а не просто оказался от природы лучше других.
Том Вулф в своей книге «Битва за космос» описывает, с какой готовностью элитные военные пилоты принимали установку на данность. Пройдя череду суровых экзаменов, они начинали мнить себя уникальными, от рождения более умными и смелыми, чем все остальные. А вот Чак Йегер, герой книги, осмелился иметь другое мнение: «Нет такого понятия, как прирожденный пилот. Какими бы ни были мои наклонности и таланты, стать асом — тяжкий труд, этому и вправду нужно учиться всю жизнь… Лучшие пилоты летают больше других — вот почему они лучше». Как и Майкл Джордан, он считал себя обычным человеком. Просто он развил свои способности в большей степени, чем остальные.
Люди, которые верят, что способности даны раз и навсегда, испытывают острую потребность добиваться успеха с ходу. И когда им это удается, они чувствуют нечто большее, чем гордость. Они обретают ощущение превосходства, так как успех означает, что их способности выше способностей других людей.
Однако за самомнением людей с установкой на данность проглядывает один простой вопрос: если ты являешься кем-то только тогда, когда добиваешься успеха, то кто ты, когда успеха не добиваешься?