Дмитрий Бжезинский
Основные внутренние риски сосредоточены в банковской системе РФ, внешние – распределены по карте планеты от КНДР до Венесуэлы.
Если не случится серьезных внешних шоков, российская экономика будет демонстрировать слабый, но устойчивый рост. Экономических реформ до президентских выборов 2018 года скорее всего не будет.
Август: время анализировать риски
Конец лета для российской экономики традиционно – время потрясений: от полноценных страновых дефолтов и до начала санкционных войн. В этом году, кажется, обошлось. По крайней мере, в позитивных прогнозах по росту отечественной экономики недостатка нет. Этим летом их озвучивали как представители финансового блока правительства и Центробанка, так и первые лица страны.
«Думаю, что у нас будет по 2017 году 2% роста. При этом у нас безработица на низком уровне, растут резервы ЦБ и правительства, на 40% увеличились доходы бюджета, и это все на фоне достаточно низкой инфляции – 4,4%. Все это вместе, безусловно, не может не вселять оптимизм», – заявлял Владимир Путин на саммите G20 в Гамбурге. Всемирный банк прогнозировал макроэкономический рост в России в 1,3% ВВП по 2017 году. ОЭСР ожидает роста на уровне 1,4%. Банк России – в рамках от 1,3% до 1,7%.
«Предварительные оценки по второму кварталу в кого-то вселили оптимизм, поскольку оказались лучше ожиданий большинства аналитиков. Но мне кажется, что эти оценки существенно завышают реальный рост, поскольку посчитаны по ВВП по методу производства. То есть, по объемам – да – рост фиксируется, но добавленная стоимость выросла менее значительно. Мне представляется, что через какое-то время (когда будут пересматриваться годовые данные) результаты второго квартала окажутся гораздо хуже», – объясняет Евгений Надоршин, главный экономист консалтинговой компании «ПФ Капитал».
«Внутренних рисков в экономике нет»
Экономисты, опрошенные Executive.ru, согласны с позитивными оценками, отмечая, что существенных рисков внутри страны они не наблюдают. «Во внутренней экономике все стабильно. Нет оснований ни для динамичного роста, ни для резкого спада. Подавляющая часть экономических агентов направляет усилия не на развитие, а на стабилизацию ситуации. Как результат – экономическому росту неоткуда взяться. Но и сильных потрясений я не ожидаю, если только им не поспособствуют внешние обстоятельства», – говорит Евгений Надоршин.
«Больших внутренних рисков у нас в экономике, к счастью, нет. По той причине, что мы находимся в стадии пусть не очень активного, но восстановительного роста. Улучшаются показатели по ВВП, по инфляции, стабильно низкая безработица, есть положительный эффект от импортозамещения, пусть и вынужденного. В этом смысле картина сдержанно-позитивная. По крайней мере, сейчас в экономике нет какого-то слабого места, которое бы грозило кризисом в ближайшие месяцы», – соглашается Константин Корищенко, экс-зампред Центробанка, заведующий кафедрой фондовых рынков и финансового инжиниринга Российской академии народного хозяйства и государственной службы.
Слабые звенья: банки и рубль
Тем не менее, угрозы текущей стабильности все же присутствуют. Самые слабые места экономики – финансовая система и национальная валюта. «Наиболее проблемным местом в экономике является банковская система, где наведение порядка со стороны Банка России объективно привело к тому, что мы фактически имеем квазигосударственную банковскую систему с точки зрения структуры капитала и основных долей активов и пассивов.