Водки Ольга не пила ни разу. Резкий запах не нравился ей, поэтому даже на работе она каждый раз морщилась, когда приходилось открывать склянку со спиртом. Сейчас горло ни в какую не хотело пропускать гадкий напиток, слезы потекли из глаз и Ольгу вырвало. Обожженная слизистая горела, девушка задыхалась и кашляла.
В это время дверь распахнулась. В проеме стояла Настя и с изумлением смотрела на сестру.
- Эй! Это что тут такое, а? - у Насти не хватило слов для выражения всех эмоций и она только тыкала пальцем то в водку, то в Ольгу, то в лужу рвоты на полу.
Ольга закашлялась и замахала рукой, показывая сестре, чтобы та закрыла дверь. Настя поспешила это сделать и, бросив на стул сумку, которую все еще держала в руках, подбежала к страдалице. Она схватила полотенце, села рядом с Ольгой и вытерла ей лицо.
- Воды, - прохрипела Ольга. Настя сбегала на кухню, принесла воду и вложила стакан сестре в трясущиеся руки. Ольга, захлебываясь, вливала в себя живительную влагу.
- Ну ты даешь, - Настя сочувственно качала головой, - по какому поводу застолье?
Она с порога увидела, что с сестрой что-то не так. И сразу догадалась, что та собиралась сделать. Настина жизнь была более насыщена приключениями, и она уже встречала горе-самоубийц. И с белыми полосками, как с зарубками, поперек запястий, а кое-кто с навсегда покалеченным желудком. Поэтому, увидев Ольгу в таком состоянии она первым делом принюхалась. Но, не уловив ничего, кроме запаха спирта, успокоилась. Если бы все травились водкой, то на земле не осталось бы людей.
Настя принесла ведро и тряпку, убрала все следы неудачного самоубийства. Налив теплого сладкого чая, она принесла его Ольге и села рядом, помогая пить. Сейчас, измученная Ольга казалась ей такой понятной что ли. Пережив недавно стресс, Настя была открыта для чужих страданий.
