Отдышавшаяся Ольга положила голову на Настины колени. Ей хотелось просто закрыть глаза и провалиться в забытье. Но успокоение не приходило. Она снова вспомнила. Из-за чего творила все эти глупости, так не свойственные ей, и тихо заплакала. Настя гладила бедняжку по волосам. Она-то знала, из-за чего плачут так жалобно. Только из-за мужчин. И разбитого сердца. И даже ее старшая сестра, такая мудрая и самостоятельная, не смогла избежать сердечной боли.
- Он уехал, - тихо и удрученно сказала Ольга. - Это все, да?
Настя тяжело вздохнула. Ей бы очень хотелось обнадежить сестру, но сценарий их отношений Насте не нравился давно. Антон откровенно морочил Ольге голову, это видели все. Но надеялись на лучшее, потому что в глазах общественности Антон был "хорошим мальчиком". Сейчас Настя люто ненавидела этого гада, который трусливо сбежал без объяснений.
- Лёль… - помялась она, - ну может все еще образуется… Ты пока сделай перерыв, не думай о нем.
Они долго еще сидели обнявшись. Ольга шмыгала носом и прерывисто вздыхала, а Настя думала, что на ее счастье Бог миловал ее от такой любви. Родителям решили ничего не рассказывать.
Но конечно же, наутро о происшествии знали все. В деревне шила в мешке не утаишь и сердобольные соседушки тут же рассказали все приехавшей из города матери. Наталья, женщина возгорающаяся, в негодовании, обиженная за дочку, хотела бежать и высказать все Петровне, но отец ее остановил.
- Не марайся, - коротко посоветовал он, - пусть она захлебнется своей желчью.
Мать еще покричала, что она так и знала, что от этого "рыжего паразита" добра не будет, но, в конечном итоге, заплакала, жалея Ольгу и весь женский род, страдающий от мужского эгоизма. Тут уж настало время Ольге утешать мать.
- Мамуль, - уговаривала она, поглаживая мать по руке, - ну не переживай!
