Хрущев сочетал в себе два негативных качества, которые не в коей мере не могут быть присущи главе столь весомого на международной арене государства как Советский Союз в 1960-е годы. Это эгоизм, когда собственное субъективное мнение превалировало над объективным разумом, когда его «хочу» ярко проявляется на Кубе в 1962 г. Сосредоточив в своих руках неограниченную власть, ставшей для него фактически наркотиком, Никита Сергеевич Хрущев метался от приступов мании к эпизодам глубокой депрессии. Стараясь дать урок капиталистам, он поставил весь советский народ под угрозу, а ведь он никогда и никого не любил так, как своих советских людей. Этот физически крепкий, 70-летний первый секретарь съедал себя изнутри размышлениями о том, что он мог, но не сделал для своей страны. Не путем многолетних переговоров и визитов, а одной военно-морской авантюрой, он в раз удовлетворил свои властные амбиции и оградил свой народ от надвигавшегося уничтожения, ведь план «Дропшот» уже фактически был запущен. Ч