Многие, кто смотрел этот мультфильм, не могли понять его основную мысль и что же через него пытается донести до нас его создатель. Но наконец-то появилось объяснение всему происходящему на экране.
Юрию Норштейну — 75 лет. И это именно он создал мультфильм «Ёжик в тумане». Многие дети не любят его: он не развлекает их погонями, шутками и яркими персонажами. На самом деле это глубочайшее метафорическое произведение о подсознании, смерти и можжевельнике.
Этот шедевр Юрия Норштейна нельзя воспринимать однозначно. В нём нет чёткого сюжета, явно рассказанной истории. Каждая сцена — метафора, каждый кадр — визуальный диалог со зрителем. Поэтому можно лишь подступиться к этому мультфильму, и рассмотреть его как некое философское высказывание о подсознании, смерти и можжевельнике.
Начнём с того, что ёжик — воплощённый Хаос.
С первых кадров невозможно не обратить внимание на странный вид главного героя — Ёжика. Он абсолютно не похож на настоящих ежей, у которых иголки растут из туловища.
Нет, этот Ёжик — нагромождение хаотичных линий, будто его форма была вдохновлена абстрактным экспрессионизмом. Для эксперимента сравним Ёжика с фрагментом работы классика этого жанра Джексона Поллока:
Художники этого движения спонтанно выражают внутренний мир, потому что хотят задействовать подсознание. Скорее всего, именно такой смысл несёт такой неожиданный внешний вид персонажа.
Сова из картин Иеронима Босха
Итак, Ёжик бредёт по полю. За ним из-за тёмных силуэтов выступает настоящее чудовище. Сова — это очевидная отсылка к картинам Иеронима Босха, нидерландского классика живописи.
Босх всегда изображал сову на своих картинах. Искусствоведы считают, что сова у Босха символизирует греховность, глупость и духовную слепоту. Хулиганская сова в следующих сценах буквально издевается над Ёжиком, за что он презрительно называёт её «психом».
Лошадь как символ смерти
Главный герой доходит до опушки и видит в тумане лошадь. Лошадь — это точо религиозный символ. Во-первых, в западнославянской мифологии белый конь — это дитя Белобога, светлого божества. Во-вторых, лошадь, тем более белую и светящуюся, воспринимали как проводника на тот свет.
В тумане Ёжик встречает с самим мирозданием, выраженным в виде представителей подземного, земного и небесного царств. Из темноты выползает улитка, выходит слон, вылетает сова. Вокруг Ёжика вьются белёсые насекомые, как грифы на знаменитом натюрморте Верещагина «Апофеоз войны»:
Древо жизни за границей разума
В конце этого чистилища стоит гигантское дерево. Это настоящее древо жизни. В этом символе соединены все три мира — подземный, земной и небесный. Ёжик явно потрясён деревом-гигантом, в котором воплощено рациональное, эмпирическое и метафизическое познание.
Адская река Стикс
В конце своего путешествия Ёжик оказывается в реке. Очевидно, что под этим водным потоком подразумевается Стикс (адская река из древнегреческой мифологии), в ней возникли первобытные существа. Одно такое существо выносит на своей спине Ёжика, полностью смирившегося со своей смертью.
Сцена в тёмном лесу как отсылка к хоррору
Сцена в тёмном лесу, который необходимо перейти Ёжику, сделана в стиле фильмов ужасов, несмотря на то, что мультфильм для детей. Всё будто бы снимает прибор ночного видения: нечёткие детали, зеленоватое изображение. Кроме того, камера как будто находится в руках у невидимого оператора, который преследует Ёжик. Всё это лишь усиливает ощущение угрозы, до времени невидимой.
Цитата из «Соляриса» Тарковского
Большим источником вдохновения для Юрия Норштейна послужило творчество режиссёра Андрея Тарковского. Мультфильм покадрово повторяет первые несколько минут фильма «Солярис», вышедшего в 1972 году за три года до «Ёжика в тумане». В нём актёр Донатас Банионис, щетинистый, как ёж, точно так же, как герой мультфильма, идёт по туману, видит в нём лошадь, оставляет свою котомку на пне и оказывается в реке.
Эти работы объединяет тяга к исследованию бессознательного. Спуск туда очень опасен, такое путешествие грозит безумием. Уязвимость человека и ежа в глубинах подсознания призван символизировать хрупкий лист.
Совы-фашисты
Автобиографичная картина Федерико Феллини «Амаркорд» также очень точно цитируется. В бесконечном тумане посреди таинственного леса оказывается маленький мальчик:
Из тумана в «Амаркорде» выходят такие же монстры, как и в «Ёжике в тумане», — дуче и его фашистская свита: