В немилость Александр Васильевич попал в начале царствования Павла I. На приказ о введении новой российской военной формы Суворов отреагировал замечанием: «Пудра не порох, букли не пушки, коса не тесак: я не немец, а природный русак!». И это только одно из известных нелестных публичных высказываний полководца в адрес императора.
17 февраля 1797 года Суворова императорским приказом отправили в отставку, лишив права ношения мундира. Весной он уехал в своё имение близ городка Кобрин (Беларусь), а позже его выслали в Новгородскую область. При нём был лишь его адъютант Фридрих Антинг. Суворову не разрешалось выезжать далее, чем на 10 км от села, обо всех его посетителях докладывалось, а корреспонденция перлюстрировалась.
Справедливости ради стоит отметить, что Павел I несколько раз пытался помириться с Суворовым. Но полководец-изгнанник ответил курьеру, доставившему письмо от императора, что ему вести переписку запрещено. На приказ же императора явиться в столицу полководец попросил у царя разрешения уйти монахом в Нилову пустынь.
Возвращение Сурова всё же состоялось. Павел I написал ему: «Граф Александр Васильевич! Теперь нам не время рассчитываться. Виноватого Бог простит» и призвал обратно. Когда Суровов вернулся в Петербург, Павел собственноручно надел на графа цепь ордена Св.Иоанна Иерусалимского и знак большого креста. «Боже, спаси царя!», - воскликнул Суворов, на что Павел I ответил: «Тебе спасать царей».
