Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
The most interesting
3 подписчика

Человек

3
1 мин
Человеческая история полна примеров того, как одна группа людей может быть жестока по отношению к другой. Крестовые походы. Рабство и сегрегация. Евгеника и нацизм. Гомофобия. Исследования показывают, что мы определяем, кого считать «своим» (а значит, хорошим), а кого «чужим» (уж точно не таким хорошим), с поразительной скоростью – мозг делает это еще до того, как подключается сознание. Сознанию же затем приходится рационализировать выбор мозга – и тогда появляются теории о лучших расах, лучших религиях и лучшем образе жизни. В своей статье на Nautilus нейроэндокринолог из Стэнфордского университета, автор недавно вышедшей книги о биологии человеческого поведения Роберт Сапольски, объясняет, как мы делим людей на «нас» и «их», что можно с этим поделать и как запутать мозг. Судя по всему, привычка делить мир на своих и чужих заложена в нас эволюцией, а значит, засела в мозге очень прочно. Но место для оптимизма есть. Способов деления на тех и этих может быть огромное множество – по пол

Человеческая история полна примеров того, как одна группа людей может быть жестока по отношению к другой. Крестовые походы. Рабство и сегрегация. Евгеника и нацизм. Гомофобия. Исследования показывают, что мы определяем, кого считать «своим» (а значит, хорошим), а кого «чужим» (уж точно не таким хорошим), с поразительной скоростью – мозг делает это еще до того, как подключается сознание. Сознанию же затем приходится рационализировать выбор мозга – и тогда появляются теории о лучших расах, лучших религиях и лучшем образе жизни. В своей статье на Nautilus нейроэндокринолог из Стэнфордского университета, автор недавно вышедшей книги о биологии человеческого поведения Роберт Сапольски, объясняет, как мы делим людей на «нас» и «их», что можно с этим поделать и как запутать мозг.

Судя по всему, привычка делить мир на своих и чужих заложена в нас эволюцией, а значит, засела в мозге очень прочно. Но место для оптимизма есть. Способов деления на тех и этих может быть огромное множество – по полу, расе, цвету кожи, месту жительства, месту работы, семейному положению, пристрастиям и так далее и тому подобное. Следовательно, границы между группами, к которым принадлежит человек, зыбки и изменчивы: люди, которые сегодня воспринимают друг друга как «чужих» по одному признаку, завтра вполне могут оказаться «своими» по другому. Именно здесь, по Сапольски, кроется надежда на светлое будущее.

Если вас поместить в аппарат функциональной магнитно-резонансной томографии – машину, которая измеряет изменения в притоке крови к разным областям головного мозга, – она покажет, насколько быстр ваш мозг по сравнению с сознанием. Когда человеку демонстрируют фотографии лиц со скоростью 20 снимков в секунду, он вряд ли в состоянии запомнить их или заметить какие-то их особенности. Но для мозга даже этого будет достаточно, чтобы провести границу между своими и чужими. Если в череде представителей вашей расы мелькнет другой тип лица, фМРТ зарегистрирует всплеск активности в миндалевидном теле – области, которую связывают со страхом, беспокойством и агрессией.