Собственно подобное решение предлагалось в качестве варианта экспертами не раз, но сама занимаемая повстанцами, правительством и курдами территория географически сильно изрезана.
Так, еще до операции российских ВКС один из ведущих американских специалистов по Сирии Джошуа Лэндис называл возможным решением конфликта его замораживание. Речь шла о том, что север Сирии останется за - и Джошуа Лэндис их так и определил - "теми, кого мы считаем умеренной оппозицией", при этом он как никто иной понимает, что среди них ведущую роль играют откровенные исламисты из Ахрар аш-Шам и Джабхат ан-Нусра (тут мы говорим о севере и коалиции группировок Джейш аль-Фатх).
Встают сразу несколько вопросов: если делить, то как? кто будет поддерживать те или иные части? кто их будет финансировать? как пойдет политический процесс? как возможно/невозможно будущее урегулирование?
Что называется on the ground сирийские правительственные войска с начала года и до мартовского раунда переговоров в Женеве смогли при ослабленной военной инфраструктуры их противников (за что они должны быть благодарны российским ВКС, работавшим в течение нескольких месяцев в основном по позициям группировок на севере), поддержки со стороны Хизбуллы, иракских парамилитари, Ирана и РФ прорвать линию и выйти чуть ли не к границе с Турцией со стороны Алеппо ближе к Аазазу. Таким образом, правительственные войска как бы изрезают территорию чисто географически.
Встает вопрос и с Джейш аль-Ислам, которая в основном контролирует Восточную Гуту, а это непосредственно под Дамаском. Замораживание тут слабо представляется, ситуация на это участке повернется в ту или иную сторону.
Курды хотя и достаточно плотно представлены в северо-восточной части страны, которую и контролируют, тем не менее никак не могут соединить свои силы с теми курдами, что на северо-востоке. Для объединения им необходимо вытеснить как ИГ, так и "умеренных исламистов". Ни те, ни другие на уступки не пойдут и обладают достаточными силами не только для дачи отпора, но и ответной атаки. По сути для ИГ та часть Сирии на севере, что между курдскими районами, является дорогой жизни (а борьба там очень части идет именно за трассы) и они будут цепко держаться за нее, несмотря на наблюдаемые черты структурного кризиса внутри ИГ. Более того, даже если удастся вытеснить ИГ и "умеренных исламистов" с занимаемых ими территорий, встанет другой вопрос - кто сказал, что войска Асада позволят случиться единению курдов? Существует еще один фактор - Турция, которая также не позволит образовать единый курдский коридор. Возможно, именно на этой платформе они пытаются выстраивать отношения с Асадом (по поступающим непроверенным сведениям Анкара ищет контакта с Дамаском)
Даже если правительство Асада пойдет на переговоры (подобных намерений не наблюдается и в помине) с тремя основными силами, выступающими за целостность Сирии - Джейш аль-ислам, Ахрар аш-Шам, ССА (Сирийской свободной армией) - останутся как минимум две серьезнейшие силы, которые не намерены удерживать определенную территорию (этого нет в их программных заявлениях и тут речь больше о разработанных ими идеологических установках) и будут продолжать борьбу - Джабхат ан-Нусра и ИГ. При этом существуют переплетения между всеми вышеперечисленными.
В случае если на каких-то условиях конфликт окажется заморожен, кто расправится с ИГ и займет те территории? Курды не выказывают подобного желания. Джошуа Лэндис считал, что на это способны "умеренные исламисты". Возможно, на платформе борьбы с ИГ могут координировать свои действия коалиция на севере, Джейш аль-Ислам и правительственные войска.Однако все течение конфликта показывает, что тут не работает "враг моего врага мой друг", потому что враг моего врага - враг и мне, и так уже сложилось.
Это в любом случае будет подрывать все возможные договоренности, карты будут продолжать перекраиваться.
Таким образом, все слишком подвижно, чтоб можно было заморозить, хотя и какой-то формы заморозки исключать нельзя.
Другое дело, что перемирие показало желание и возможность сторон снизить уровень насилия. Это может стать как путем к открытому диалогу (и этот шанс упускать нельзя), так и к временной передышке перед очередным витком войны. Но у всех непосредственных акторов на сирийском поле боевых действий существуют свои спонсоры-регионалы. От них многое зависит, и то, как США и Россия смогут надавить на региональных игроков, или как-то повлиять, что смогут им предложить взамен - позволит создать условия для переговоров о политическом транзите (который также необходим).