Если вы спросите дождевого червя Ивана, когда он впервые почувствовал себя сильным и свободным, Иван, пожалуй, скажет: в институте.
Раньше все время было что-то не то.
Детский сад, где над Иваном смеялись, потому что он не хотел играть в подвижные игры, а хотел лежать и грустить. Или хотя бы читать «Детство» Толстого и хрустеть яблоком.
Школа, где нужно было гнаться за уважением тех, кто сам себя не уважает, и учиться у тех, кто забыл, что такое быть открытым знаниям.
Кое-как Иван доучился до института. И там все стало почти прекрасно. Почти — потому что после института Иван начал работать, и это оказалось даже еще интереснее. Но про работу разговор пойдет как-нибудь в другой раз. Сейчас про учебу. Точнее, про институт.
Во-первых, там Иван неожиданно познакомился с новыми людьми. А главное, научился знакомиться с новыми и новыми и новыми еще.
В общем, перестал быть одиноким и слабым.
Во-вторых, там Ивану наконец начали преподавать интересные вещи. Была и скучища, но не каждый день, как в школе.
А в-третьих, у Ивана организовалась уйма свободного времени. С утра учишься, потом радуешься жизни.
Больше всего Ивану нравилось выходить из института и неспешно ползти с плеером, куда глаза глядят. Размышлять о том, о сем.
Иногда Иван уставал и садился на обочине.
Доставал свой дневник и записывал. Сначала жаловался сам себе, как он устал. Потом записывал, что думал перед этим. Потом читал то, что записывал раньше, и делал выводы.
Солнце светило, птицы чвиркали, можно было заглядывать в магазин Букинист и нюхать серединки книг. Пахли они типографской краской и историями.
И чем больше у Ивана выдавалось свободного времени, тем лучше он себя понимал. И наоборот.