В тот год мы решили пойти на Бабуган-яйлу и подняться на самую высокую гору Крыма Роман-Кош. Нитка маршрута была такая — Малый Маяк — Бабуган — Роман-Кош — Никитская яйла — Ялтинская яйла — Ай-Петринская яйла — Шайтан-Мердвен — Севастополь.
С нами в том году пошел Басе, известный японский поэт и по совместительству Санин приятель. Басе было 18 лет, он был юноша горячий и симпатичный. Казалось, что у Басе 2 агрегатных состояния — полного восторга и полного отчаяния, а как быстро он переходит из одного в другое — предстояло установить.
В поезде в состоянии легкого восторга Басе говорил, а мы внимали:
— Рюкзак 20 кг? Да что вы все набрали? Эх, Крым, горные дали, неприступные кручи! — (Он распахивал грудь навстречу ветру.) — Прочь потворство собственным слабостям, переодеваться по 5 раз в день... Только сла-ба-ки так могут. И старперы. (Тут он смущался). — Вот я, взял шорты, две майки! А что, мне хватит, пройтись да нырнуть в море! 20 кг. Еще скажите, что косметичку взяли!
— Басе, а флиску, а теплые штаны ты взял? — осторожно интересовались мы.
Басе смотрел на нас с жалостью и презрением:
— Лад! Ты что! Это ж Крым! Крым в мае! Дельфины уже вовсю резвятся у берегов, сирень отцвела и завязалась черешня. Лето! А вы все дрейфите. Старость у вас, радикулит! еще скажи, что ты взяла и пояс из собачьей шерсти.
Я не сдавалась:
— Знаешь, у меня есть запасная флиска.
— Эх, ну ладно, давайте, перестраховщики, — Басе немедленно натянул мою кофту и не снял ее ни на секунду вплоть до нашего возвращения в Москву, так и бродил, в неизменном черном флисе
Высадка в Симферополе, автобус, поездка до села Маяк прошли без выдающихся и запоминающихся моментов.Как вы наверное понимаете, технологии тоже пришли в походы и нынче все ходят не по карте, а по спутникам с GPS. От Малого Маяка мы немедленно стали играть в игру позабавься с Мишиным джи-пи-эсом. Играть в нее нетрудно, если выучить правила: надо идти 20 минут в стиле "кто во что горазд" и болтать на разнообразные темы, но через 20 минут надлежить возопить: кажется, мы потеряли тропу! Из кустов выйдет спокойный Миша и скажет:
-- Уф, ща проверим.
Галя приляжет и закроет глаза. Мишины спутники скажут голосами гнусавых детей "Спутники найдены". Дальше надо втыкать в карту и спорить, где именно север и почему на карте такие привязки. Но и так понятно, что идти надо туда, откуда с развилки уходит самая карабкающаяся тропа и больше всего колючек. Мы с увлечением играли весь день в эту игру и нашли себя в сумерках в кустах без тропы в колючках на вершине какой-то безымянной возвышенности; ели орехи и смотрели на закат. Басе все нравилось.
Поставили палатки там, где спутники не находились.
На следующий день наплевали на гнусавые спутники, пошли по здравому смыслу, тропа нашлась быстро. К 13 часам залезли на Бабуган и обалдели: великолепными коврами, блестя на солнце, снег лежит. Только солнца нет. Туман большими войлочными клочьями несется, иногда сгущаясь до видимости 40-50 метров, иногда растворяясь до полупрозрачного облака видимостью 200 метров. Ветер пронизывающий, местами до неприличия. Ну и снег с дождем. 4 мая.
Басе побледнел, когда я сказала, что в местах, где снег выше колена, ступать надо след в след.
Все достали куртки. Шапки. Перчатки.
А Басе достает плащ-палатку, кто-то ему сказал, мол, старик, когда в поход идешь, то надо брать плащ-палатку. Кутается в нее (а снег все свищет, буран, ветрище). Я даже спрашивать не стала, отчего он не взял куртку, как я писала. Закутался бедолага в эту плащовку и впал в отчаяние:
— О долго ли нам еще тут тащиться, пошли на море чтоли.
По пути еще подобрал палку-посох суковатую. Оперся на нее и молит глазами.
Бабуган-яйла короткая, проходима за 3 часа, но тут мы шли 5. Во-первых, снег, местами по колено, местами рыхлый. Во-вторых, замерзший Басевич. В третьих, быстро выяснилось, что Макс и Миша довзяли ровно то, что не взял Басе: у мальчиков было по 26 -28 кг, у Миши титановые плечики для одежды, маленькие колоночки для музыки в палаточку, по три пары ботиночек. Мальчики тащились далеко позади, опираясь на высокотехнологичные треккинговые палки.
Басе впал в полное отчаяние и молча тащился между нами и атлантами.
Девочки, как вы поняли, ушли на полчаса-сорок минут вперед.
И тут из тумана (нам никто не верит), выходят три прекрасных юноши; хороши собой, веселы. Один в шортах и во вьетнамках, ноги красивые. С рюкзаками, в майках, без шапок. Мы-то, с красными носами, в шапках! смотрим на них открывши рот. А они:
-- Ну шо, дивчатки, идете-бредете? Иде ж ваши хлопчики? О, так то там не ваши ли парни с палочками? Ковыляют, час назад их видели. А мы шо ж, на выходные из Симферополя приехали, а тут ото ж такая задница с погодой. Ну бывайте, дивчинки.
И убежали.
Дошли мы до края Бабуган-яйлы, сидим, ждем наших с палочками. Когда они добредают, рассказываем.
И представляете? Они нам не поверили. Сказали, что их никто не обгонял, никого в шортах они не видали и вообще они бы на нашем месте постеснялись рассказывать свои эротические фантазии.