Когда мы бродили по болотам это был 1944 год. Мы заметили лежачего на животе в лужи в разорванной от снарядов форме, похожего на фрица человека.
Мы настороженно двинулись в сторону лежачего тела, убедившись что тот лежит без движений.
Для гарантий мы крикнули ему "Вставай фриц".
К нашему удивлению он обернулся и начал кряхтеть. Было видно как у фрица хлестала из раны которую он закрывал руками.
Я спросил что с ним случилось, он помолчал немного видимо рана отбирала много сил, и ему было трудного говорить.
Но промолчав немного он заговорил.
’’Наш генерал устроил очную ставку для своих сослуживцев. Он выжил из ума. Он подумал что мы утаиваем что-либо от него. Я же пытался доказать обратное. Но это не смогло вразумить его помутневший рассудок. Он выстрелил в меня. И бросили меня здесь погибать.’’
Сказал раненный немецкий солдат.
Мы были сильно удивлены, он очень хорошо разговаривал на русском для немца. Мы немного перевязав его рану посовещались с ним и порешали единогласным решением что для него было-бы лучше прибывание в нашем лагере для пленных.