Ноябрь. Она невольно вздрогнула и нырнула с головой в плед. Хотелось скрыться от этой мрачной осени, от низких туч, которые лениво плелись по небу, словно сонные пешеходы в утренней подземке, от чувства безысходности. Воздух, который вроде еще даже не успел до конца остыть после бабьего лета, постепенно заполнялся печалью и тоской. Ноябрь… В это время года Петербург становится особенно капризен и немногословен. Даже самые красивые парки города представляют собой весьма унылый пейзаж. Скульптуры уже спрятались от зимы в деревянных коробах, деревья как-то резко облысели, фонтаны замолчали, а те самые знаменитые гранитные набережные словно потемнели и осунулись. Глубокая осень в Петербурге похожа на случайную встречу с бывшим. Эти холодные неловкие улыбки, банальные вопросы «Ну, как ты?» и желание, как можно быстрее раствориться в толпе. И после на обветренных губах еще долго томится чувство какой-то недосказанности и даже необъяснимой вины, а внутри где-то под сердцем прячется тягучее ощущение чего-то неминуемого.
И самое печальное, что от ноября в Петербурге не скрыться. Его, словно простуду, надо просто принять и пережить, спрятав ноги в колючие шерстяные носки, глаза в любимую книгу и запивая всё это дело малиновым вареньем. По утрам просыпаться по будильнику, встречаясь случайно взглядом с холодным серым небом, бессовестно заглядывающим в окно, скользить босыми ногами по ледяному паркету, ждать пока из крана наконец потечет горячая вода, обниматься после душа с жарким от батареи полотенцем,заглатывать на ходу чуть прокисший за два дня кофе, отворять дверь парадной и идти навстречу ноябрю, улыбаясь назло и сквозь силу всему тому, что подготовил тебе этот очень сырой и монотонный осенний город.
Многие находят счастье в самых незначительных деталях, умеют радоваться пустякам и смеяться над неудачами. Идут по жизни, не касаясь пятками того самого ледяного паркета. Точно также многие (включая Вашу покорную слугу) этими способностями наотрез обделены. При этом первые пытаются насильно зарядить нас, вторых, своим позитивом, не понимая одного. Нам просто этого не дано. Точно также, как одним не дано рисовать великолепные пейзажи, другим писать трогательные стихи и поэмы, третьим решать сложнейшие теоремы, четвертым искусно владеть мячом… Надо просто научиться жить и принимать друг друга такими, какие мы есть. Также, как мы принимаем ноябрь в Петербурге.