Для начала позвольте один эпизод из биографии Меццофанти. Наш полиглот уже в возрасте, знает множество языков, принял сан священника. Его зовут исповедовать двух заезжих душегубов, которых завтра вздернут на виселице. Падре-переводчик входит в камеру и происходит невероятное: осужденные на казнь разговаривают на языке, которого он не знает. Меццофанти с трудом допытывается, из какой страны прибыли преступники, несется в библиотеку, находит там словарь… и за ночь осваивает неизвестное наречие. На следующее утро священник-полиглот уже исповедует обреченных на смерть.
Надо сказать, что языками Джузеппе увлекся совершенно случайно. Его отец был плотником и думал, что сын унаследует его профессию. Меццонафти-старший по обычаю того времени работал прямо во дворе, сын ему помогал и слушал, как из открытого окна соседнего дома доносят греческие и латинские фразы. Рядом жил старенький священник, который обучал молодую человеческую поросль классическим языкам. И очень скоро обнаружилось, что плотницкий сын говорит на древних языках не хуже престарелого учителя. Мальчишка просто-напросто впитал чужеземные слова как губка воду. Пришлось отдать Джузеппе в семинарию.
Удивительно, но невероятный полиглот никогда не покидал пределов Италии. Учить языки ему помогали книги, с которыми Меццонафти прочно связал свою жизнь. В 1803 году его назначили помощником библиотекаря в Болонье. Постепенно, за 30 лет, наш герой дослужился до должности главного хранителя Ватиканской библиотеки, а через пять лет папа Григорий XVI лично вручил ему за заслуги шапку кардинала.
Несколько интересных фактов
*Джузеппе Гаспаро Меццофанти отлично разговаривал на русском языке и даже писал на нем стихи, которые были опубликованы в России. В разные годы ему довелось пообщаться с полководцем Александром Суворовым и писателем Николаем Гоголем, и оба были в восторге от русского Меццофанти.
*Поэт Байрон после знакомства был несколько шокирован: «Это лингвистическое чудо, ему следовало бы жить во времена вавилонского столпотворения, чтобы быть всеобщим переводчиком. Я проверял его на всех языках, на которых знаю хоть одно ругательство, так он поразил меня настолько, что я готов был выругаться по-английски».
*Самыми экзотическими языками в копилке Джузеппе Меццофанти был алгонкинский (наречие североамериканских индейцев) и гезэ (диалект древнеэфиопского языка).
*Как русский ученый и журналист XIX века Альберт Старчевский, который лично знал Меццофанти, заговорил с ним на украинском вместо русского. Полиглоту малороссийский диалект был совершенно не знаком. Он попросил две недели и по прошествии их поразил Старчевского практически эталонным киевским говором.
Библия говорит, что когда-то в Вавилоне люди решили возвести башню до самого неба. Чтобы не допустить этого, Бог смешал их язык и строители перестали понимать друг друга. Если бы среди них был Меццофанти, Вавилонская башня была бы точно достроена.