Шпильку забрали из усыпалки как раз за день до того, как её должны были усыпить. Конечно, она чувствовала все это. И конечно понимала, что изменить ничего не может. Но для этой маленькой черной собачки случилось чудо и её забрали из страшного места. Она ничего не понимала и страшно боялась перемен. Поэтому не доверяла больше никому (и не без оснований). На любую попытку протянуть к ней руку и погладить, Шпилька скалилась и норовила цапнуть. Кто ж знает, для чего тянется эта рука, погладить или схватить и бросить в клетку? С одной стороны Шпильке хотелось прижаться к человеку, но опыт подсказывал, что вот так слепо доверять больше нельзя. И она не доверяла. Изредка подходила, осторожно ставила лапки на колени и смотрела на человека неопределенным взглядом. И мы не понимали, чего от неё можно ожидать. На любое резкое движение Шпилька отвечала оскалом и громким лаем, как бы предупреждая: "Ну нет, так просто я в этот раз не дамся!" Потребовалось несколько недель "разговоров по душам". Мы