Найти в Дзене

Однажды ...

Онкологическое отделение поликлиники. Персиковые тона стен, узкие окна, много специальных помещений за железными дверьми. У любого вошедшего, не привыкшего к этому месту, пробегает холодок по телу. Из-за двери слышно, как врач по-матерински отчитывает свою пациентку. Говорит, “сегодня день непослушных пациентов”. В очереди тишина. Читаю здесь только я, потому что знаю – этот приём для меня лишь формальность. Женщины смотрят каждый в свою точку в стене, прижав какие-то бумаги к груди. Совершенно пустые взгляды. Мне, молодой и здоровой, становится неловко за себя. За то, что я такая, не разделяющая их несчастья. По этой причине я выбираю книгу. Книга всегда избавляет от неловкости. Спустя какие-то время справа от нас начинает мельтешить мужчина. Ему около пятидесяти на вид, невысокий, чёрное пальтишко, брюки, рубашечка. В руках портфель, ручку которого он судорожно сжимает и разжимает. Ходит туда-сюда, мнётся. Тихонько спрашивает одну из нас: “А Ольга Николаевна сегодня здесь?” Получает

Онкологическое отделение поликлиники. Персиковые тона стен, узкие окна, много специальных помещений за железными дверьми. У любого вошедшего, не привыкшего к этому месту, пробегает холодок по телу. Из-за двери слышно, как врач по-матерински отчитывает свою пациентку. Говорит, “сегодня день непослушных пациентов”. В очереди тишина. Читаю здесь только я, потому что знаю – этот приём для меня лишь формальность. Женщины смотрят каждый в свою точку в стене, прижав какие-то бумаги к груди. Совершенно пустые взгляды. Мне, молодой и здоровой, становится неловко за себя. За то, что я такая, не разделяющая их несчастья. По этой причине я выбираю книгу. Книга всегда избавляет от неловкости.

Спустя какие-то время справа от нас начинает мельтешить мужчина. Ему около пятидесяти на вид, невысокий, чёрное пальтишко, брюки, рубашечка. В руках портфель, ручку которого он судорожно сжимает и разжимает. Ходит туда-сюда, мнётся. Тихонько спрашивает одну из нас: “А Ольга Николаевна сегодня здесь?” Получает утвердительный ответ и начинает нервничать ещё сильнее.

Из-за двери выглядывает врач:

- Следующий, заходите.

- Девушка, а Ольгу… Николаевну можно?

- Ну. Да. Вы может зайдёте?

- Нет-нет! В кабинете женщина!

- Ну хорошо, сейчас. А как вас…?

- Виктор.

Выходит Ольга Николаевна. Пышная крашеная блондинка, руки по-хозяйски держит в карманах медицинского халата. Мужчина робко подходит к ней. В ответ Ольга Николаевна сокращает дистанцию между ними так быстро, что мне и самой становится как-то неловко. Флиртуют, как в последний раз. Через какое-то время она, понимая, что они нарушают своей жизнерадостностью общую атмосферу, всё так же по-хозяйски кладёт свою руку в его и уводит в сторону. Через какое-то время Ольга Николаевна возвращается в свой кабинет. Уже одна.

Удивительно счастливые врачи для такого места. Мне казалось, жизнь в этих частях поликлиник должна быть другой и идти вне обычного времени. Думала, там нет места ежедневным радостям, улыбкам и кокетству. А жизнь, как оказалось, зависит не от места, а от людей. Каждый человек проживает свою. Вне зависимости от того, где находится.