Андрей Бузин рассказал, почему он не выступил на круглом столе ЦИК, посвященный изменениям избирательного законодательства.
Все очень просто: в определенный момент наступает насыщение — от того, что видел, от количества невоплощенных идей, от понимания того, насколько мало от тебя зависит, от одной и той же фигуры во власти... А если это происходит второй раз в жизни — при возвращении к косному антигражданскому государству после надежд 90-х годов, то становится еще более грустно.
Круглый стол с не очень оригинальным названием названием «Актуальные вопросы совершенствования избирательного законодательства» прошел в ЦИК РФ. По составу участников мероприятие было вполне представительным: были приглашены люди очень разных политических взглядов — от крайне консервативных (Игорь Борисов) до либеральных (Илья Яшин). Был приглашен и присутствовал актив «Голоса». И всем желающим дали выступить. И это, несомненно, — заслуга Эллы Александровны Памфиловой.
Разные присутствующие по-разному представляют себе эффективность такого мероприятия. У меня лично, после участия в огромном числе подобных мероприятий и обсуждений, после многолетнего участия в наших выборах, после длительного наблюдения за эволюцией нашего избирательного законодательства, да и просто после жизни в моей стране, к началу этого мероприятия сложилось вполне определенное впечатление о том, что избирательное законодательство для российского института выборов — дело десятое, а обсуждение его — лишь отвлечение от основных проблем наших выборов. Хотя допускаю, что Элла Александровна верит в другое; сказала же она в конце круглого стола, что «не людей надо менять, надо менять правила». И, возможно, мои впечатления были подстегнуты последними событиями с экспертно-консультационной группой.
Разве вопросы законодательства решаются в ЦИК? ЦИК, разве, имеет право законодательной инициативы (кстати, об этом никто на круглом столе не вспомнил)? ЦИК может похвастаться своими достижениями в области избирательного закона (только не надо про половинчатые достижения в области мобильного голосования и видеонаблюдения и про сомнительные достижения в области загородного голосования и наблюдения от общественных палат).
Что я мог сказать на круглом столе? Поддержать многократно высказанные предложения по муниципальному фильтру, дню голосования, ограничениях на выдвижение и регистрацию кандидатов? Или, может, какие-то технические предложения Александра Брода или Елены Бабченковой? Или возразить демагогическому выступлению Максима Жаворонкова? Ну, сколько можно? Если бы я взял слово, я, конечно сказал бы о том, что изъяны наших выборов присущи нашей государственной и политической системе. О том, что эта система, в которую встроен и законодатель, не будет рубить тот законодательный ствол, на котором она устроила свою властную вертикаль. Она будет отрубать у него некоторые веточки и листья, выдавая это за прогрессивные реформы (о которых, кстати, много славословили некоторые выступающие).
Но тогда выступление было бы совсем не про законодательство. Наиболее близко к моим мыслям в своих выступлениях подошли Саша Кынев и Александр Постников. Они говорили о политических ограничениях наших выборов. Саша вполне четко сформулировал тот факт, что мы попали в замкнутый круг «для того, чтобы избираться, надо иметь власть, а для того чтобы иметь власть, надо избираться». Разрыв этого замкнутого круга, как показал опыт последних выборов, приводит к нежелательным последствиям, как для власти, так и для граждан.
«Это никакой пользы не приносит», — сказал Саша. С последним утверждением можно поспорить, потому что понятие о пользе может быть разное у граждан, и у власти.
Нет, мы, конечно можем еще сто разных усовершенствований внести в избирательные законы. Только это не изменит ситуации, когда все председатели региональных комиссий согласуются с губернаторами, а председатели территориальных комиссий — с местной администрацией. Это не изменит ситуации государственной монополией на СМИ, с зависящими от власти регистрациями партий и кандидатов, с централизацией власти — ведомственной и территориальной. А поэтому не изменит ситуации с нашими выборами.
Никакие изменения избирательного законодательства не изменят российские выборы, пока мы не свалимся с выстроенной вертикали власти, наверху которой опять стоит одна доминирующая политическая сила — олигархическая администрация, которая одновременно является и участником, и организатором выборов.
А пообсуждать можно...