Вчера моя хозяюшка с маменькой говорила. По скайпу. А что? Живут они в разных городах, и хоть одной за шестьдесят, а второй под девяносто, обе охотно компьютером пользуются. И я тоже. Не переть же с ухватом поперек прогрессу...
Разговоры у них сумбурные, с одного на другое скачут, как блохи. Маменька вспоминать начала про жизнь свою, а я свое вспомнил. Как ее, маменьки, отец на богомолье ходил. Я ведь еще в те времена в семье жил...
Дак вот, было это в конце позапрошлого века. И жили они в Черниговской губернии. Семья большая, как у крестьян и водится, Сидор да Федосья Дубинины, да детей куча.
Сам-то Сидор колесник знатный был, хомуты, санки, коромысла - мало ли в хозяйстве крестьянском надо. Руки золотые были, да и мужик он неплохой был. А вот пил сильно. И зарабатывал ремеслом своим хорошо, а пропивал всё, почитай. Жена, бедная, детей еле тянула.
А он землянку, типа мастерскую имел - колесное ремесло сложное, вот там и рукодельничал, туда к нему заказчики приходили, там и за товар расплачивались. Пил тоже там. И ох, не приведи Род, как пил!
Вот подать пришла пора платить. Продала Федосья телушку и свинку, а деньги в сундук. Летом в деревне дома тогда только уж вовсе старые да малые оставались, остальные работали. Вот и Федосья, и дети, что постарше, трудились. А дома малой оставался.
Пришли вечером домой, а малой и рассказал, что отец приходил, в сундук лазил, и велел Федосье сказать, что уходит на богомолье.
Кинулась Федосья к сундуку - а нету денег, что на подать были отложены. И заревела в голос. Ни мужа, ни денег, орава ребятишек только вокруг нее.
Уж куда Сидор ходил - может, в Киев, или еще куда - никому не ведомо. А вернулся через год. Да до того весь износился да оборвался, еле срам прикрыт был. И не узнал никто - то ли отмаливал грехи Сидор, а то ли в кабаки его по дороге затянуло...