Жанна Исабаева, - одна из немногих отечественных женщин-режиссёров, - в своей новой киноработе "Отвергнутые" живописует варварские нравы казахской глубинки. В целом и по отношению ко "второму полу" в частности. Любая некомплиментарная критика может быть расценена как обесценивание триггерной и токсичной темы. Наши художники по-прежнему убеждены - важность поднятого в произведении вопроса самоценна и с лихвой компенсирует любое качество работы.
В глухой безымянный аул живущий по суровым адатовским понятиям возвращаеся молодая женщина с ребенком. Впрочем, приезд их показан как-то странно - они довольно долго идут через степи и луга, будто транспорт туда принципиально не ходит. Когда нужно нагнать ужасов, то такие мелочи как логическое правдоподобие отходят на второй план.
Ребенок мало того что вообще не умеет играть (за что ответственность, понятное дело, несёт режиссёр), но и безучастно, не меняясь в лице, не произнося ни звука наблюдает, как его мать подвергается оскорблениям со стороны бабушки, которая явно не рада возвращению блудной (так прямо и говорит) дочери, а затем и дяди, что наносит ей серию чудовищных ударов.
Такова цена за то, что когда-то родила без мужа, навлекла позор на свою чудесную семью и приблизила успение безутешного отца.
Это насилие не будет последним. Отлежавшись в доме местной самаритянки, девушка вновь пойдет к семейству вурдалаков искать примирения и прощения, повторна будет избита родным братом, который сломает ей ногу и руку.
Выясняется - такие муки она терпит не потому, что в городе ей стало не на что жить ей (во всяком случае, об этом ни слова) или её преследует бывший бойфренд, а потому что дите, горько переживает - в нулевом классе все дети рисуют на доске свои разветвленные гинекологические древа, а у него из родни одна лишь мамка. При этом зрелище измывательств над оной у пацана подобных эмоций почему-то не вызывает.
С мотивацией у обоих персонажей очень плохо.
Ради того чтобы отпрыск мог на равных хвастать своей родословной, можно отправиться на поклон и в третий раз, на костылях, чтобы свирепый сиблинг забил её уже до смерти, а сын перестал чувствовать себя одиноким.
В пересказе звучит скорее как черная комедия, хотя задумывалась чернушная драма с вечным рефреном "Так жить нельзя".
Несмотря на то, что темы пересмотра отсталого гендерного порядка и растущее влияние "уята" (как синонима воинствующего пуританства) стали одними из самых обсуждаемых в обществе и медиа, было бы несправедливо упрекнуть Исабаеву в стремлении к хайпожорству.
В своих предыдущих фильмах она много говорит о насилии, угнетении женщин, удушающей атмосфере патриархальной казахской семьи и прочих свинцовых мерзостях, но везде (кроме, пожалуй, музыкальной комедии "Ойпырмай") делает это с грубым плакатным буквализмом, не утруждая себя написанием интересного сценария, проработкой деталей, диалогов и образов.
Нынешний фильм и вовсе похож на конструктор, собранный из мелких и больших деталей прежних проектов.
В прошлой картине "Бопем" был этот эпизод с молодой женщиной и ребенком бредущими через степь. Уже в третьем её фильме происходит убийство близких родственников. Неласковый прием от родной матери - из "Нагимы". Братишка Каин перевозит избитую сестру на ручной тележке, как умственно отсталый протагонист из "Бопем" транспортировал покалеченного сверстниками туриста. Он же, демонстрирует то звериную жестокость к одним, то проявляет заботу о других - амбивалентность натуры закоренелого социопата Исабаева демонстрировала в картине "Карой", но и там не смогла сделать образ живым и убедительным.
В этом фильме все персонажи тоже плоские и карикатурные, призванные показать не живых людей, но сценарные функции.
Потому отрицательные герои (собственно, подавляющее большинство) не могут показать свою негативность иначе как ором и мордобоем, отчего картина превращается в цепочку эпизодов с демонстрацией зверств, которые быстро перестают волновать. Уже второе избиение героини братом выглядит как буффонада.
Местная учительница русского языка стереотипно символизирует прогресс и эмансипаторные нравы, поскольку у неё такая специальность, а приехала по контракту из Петропавловска. Во время своего короткого монолога она трижды повторит что "Народ здесь дикий" и дважды скажет что ненавидит это место - чтобы дошло до самого тупого зрителя.
Жанна Исабаева многое хочет сказать, но элементарно не владеет киноязыком, не понимает что это такое, а потому просто зачитывает текст морально обличительной проповеди.
Собственно, это и есть то что зачастую называют "чернухой".