Он занял позицию на промежуточной площадке, перед пятым этажом, и приготовил камеру сотового телефона. Минут через пять, замок нужной квартиры щёлкнул, женский голос проворковал. - Гришенька, береги себя, сынок! Миша осторожно поднялся на уровень, с которого хорошо просматривались прощающиеся. - Я, сама осторожность, Мама! Говорил военный, стоящий к Мише спиной. - Я буду звонить тебе! Не волнуйся! Пока! Когда он повернулся, Миша успел сделать снимок, пока он не надел очки. Миша, так же тихо, отступил назад, и вынул из подплечной кабуры пистолет. Капитан снова был в очках, беспечно шёл вниз по лестнице, присутствие Миши на пути оказалось для него неожиданным, но реакция его была молниеносной. Он, конечно же, знал кто перед ним, и выхватил пистолет, который беззвучно “плюнул” в Мишу свинцом. Миша, за долю секунды, успел уклониться в мёртвое пространство, за лестничный марш, и тоже выстрелил, наугад, и услышал топот ног наверх. Едва Миша сделал попытку преследования, вторичный “плевок” охладил его пыл, так как, выпущенная капитаном пуля, срикошетила с визгом от ступеньки, и брызги щебёнки поцарапали лицо. Он снова выстрелил наугад, в отличие от “глушилки” выстрелы “Макарова” грохотали, как пушки, в пустом подъезде. Миша выждал минуту, прислушиваясь к звукам наверху, внизу раздались голоса, и топот многих ног, вверх по лестнице, присутствие посторонних сейчас было, крайне, нежелательно. Но снизу на него выбежали четверо ОМОНовцев, в бронежилетах и в масках, с автоматами наперевес, намереваясь положить его лицом в пол. Миша предъявил старшему удостоверение, и сказал. - Капитан внутренних войск стреляет сверху из “безшумкики”! Двое бойцов выскочили на траекторию стрельбы, и опустили автоматы. - Здесь никого нет, командир! Миша выбежал следом за ними, лестничная клетка была пуста, в квартиру он точно не входил, а люк на чердак был открыт. - Чёрт, он ушёл через чердак! - Выругался Миша.