С давних пор есть такое поверье:
чтоб иметь в жизни блеск, лоск и вес,
у всех ангелов белые перья.
А мои - в тон лазурных небес.
Крыло "по образу", но в нём
особая примета,
я с небом так соединён -
одним оттенком цвета.
От скорбной участи изныв
безъЕвного Адама,
ищу хоть каплю белизны,
синь за неё отдам я.
С давних пор есть такое поверье:
чтоб иметь в жизни блеск, лоск и вес,
у всех ангелов белые перья.
А мои - в тон лазурных небес.
Не отступает синева,
не выцветают крылья.
"Гожусь ли Богу в сыновья?" -
судьбу за дар корил я.
Но вот теперь решился сам -
в мучительной надежде
я возвращаю небесам
подаренное прежде.
С давних пор есть такое поверье:
чтоб иметь в жизни блеск, лоск и вес,
у всех ангелов белые перья.
А мои - в тон лазурных небес.
Я подставляю солнцу: жги
крылатую насмешку!
Нет тяжелее этих гирь
с цепями вперемешку.
Вмиг солнца жаркое ядро
лучами заискрило.
Горело синее перо,
и горем пахли крылья.
С давних пор есть такое поверье:
чтоб иметь в жиз
С давних пор есть такое поверье:
чтоб иметь в жизни блеск, лоск и вес,
у всех ангелов белые перья.
А мои - в тон лазурных небес.
Крыло "по образу", но в нём
особая примета,
я с небом так соединён -
одним оттенком цвета.
От скорбной участи изныв
безъЕвного Адама,
ищу хоть каплю белизны,
синь за неё отдам я.
С давних пор есть такое поверье:
чтоб иметь в жизни блеск, лоск и вес,
у всех ангелов белые перья.
А мои - в тон лазурных небес.
Не отступает синева,
не выцветают крылья.
"Гожусь ли Богу в сыновья?" -
судьбу за дар корил я.
Но вот теперь решился сам -
в мучительной надежде
я возвращаю небесам
подаренное прежде.
С давних пор есть такое поверье:
чтоб иметь в жизни блеск, лоск и вес,
у всех ангелов белые перья.
А мои - в тон лазурных небес.
Я подставляю солнцу: жги
крылатую насмешку!
Нет тяжелее этих гирь
с цепями вперемешку.
Вмиг солнца жаркое ядро
лучами заискрило.
Горело синее перо,
и горем пахли крылья.
С давних пор есть такое поверье:
чтоб иметь в жизни блеск, лоск и вес,
у всех ангелов белые перья.
А мои - в тон лазурных небес.
Пока летел я в самый низ
с небес до боли ярких,
то вспоминал святую жизнь
и Божие подарки,
как синим пухом одеял
укутывались звезды...
Я вспомнил все, что потерял,
но было уже поздно.
С давних пор есть такое поверье:
чтоб иметь в жизни блеск, лоск и вес,
у всех ангелов белые перья.
А мои - в тон лазурных небес.
P.S.
Прощайте, милые друзья,
на небо к вам не скоро.
Теперь учусь в спецшколе я
на ангела морского.
С давних пор есть такое поверье:
чтоб иметь в жизни блеск, лоск и вес,
у всех ангелов белые перья,
а мои - разметал прочь норд-вест.
ЧТ