Ночь Гая Фокса — излюбленный праздник в Великобритании. Почему неудавшийся заговор празднуют с таким размахом и какую роль Гай Фокс лично сыграл в Пороховом заговоре.
Яков I не угодил католикам
В 1605 году группа католиков задумала свергнуть действующего короля Якова I. Чем он им не угодил? Яков стал престолонаследником Елизаветы I. Она, как известно, была протестанткой и всеми силами поддерживала политику своего отца Генриха VIII по укреплению протестантизма в стране. Когда Яков пришел к власти ранее притесняемые католики были жутко рады такому повороту событий. Они ждали, что Яков подавит протестантов.
Яков I "просиживал штаны" на троне уже 2 года, а ситуация для католиков радужней не становилась. Самые радикальные из них решили взять дело в свои руки. Фантазия восставших не на шутку разыгралась, и они решили подорвать здание Парламента вместе с неугодным королём и его приближенными.
Неудача
Под здание Парламента было заложено 36 бочек с порохом. Именно Гаю Фоксу поручили зажечь судьбоносный фитиль. Заговор был раскрыт из-за чересчур болтливых пособников, а Фокса взяли с поличным, хотя он даже не был идейным вдохновителем группы. Под страшными пытками преступник сдал остальных. Всех приговорили к казни.
Почему празднуют с таким размахом?
В Ночь Гая Фокса в Великобритании принято запускать фейерверки, жечь костры и чучело Гая Фокса на них, проводить целые шествия и парады. Когда был раскрыт заговор, молва о неудавшемся подрыве быстро разлетелась по Лондону, и люди сразу начали это шумно отмечать.
Объясняется веселье просто — подорви Гай Фокс такое количество пороха, снесло бы не только Парламент, но и близлежащие улицы, дома и мирно спавших местных жителей. Британцы праздновали счастливое спасение, и их потомки отмечают его по сей день.
Король — организатор заговора
Есть версия, что сам Яков I организовал Пороховой заговор. Незаметно протащить больше тридцати бочек с порохом в здание Парламента кажется маловероятным. Инсценировка разыгрывалась для подавления прав католиков. После такого скандала их введение выглядело вполне оправданно. Правда ли это — мы уже не узнаем.