Ноябрь – время монастырского покаяния разгульного бабьего лета. Постриг.
И тяжелые золотые косы, падают на уже холодную землю,
рассыпая разноцветные бусины ягод,
вплетенные когда-то с любовью и нежностью. Облачение.
Черный аскетический наряд, лишь подчеркивает тонкость кости и грацию походки.
Белоснежный барбет подчеркивает азиатские скулы.
А непослушные локоны, так и норовят вырваться из-под него,
напоминая вдруг слишком яркие лучи солнца, непривычные для ноября. Молитва тиха и монотонна, как бег тяжелых рек, готовящихся к заточению под глыбами льда. Кровавые гроздья рябины и ломоть ржаного хлеба нового урожая – причастие,
которое навсегда уведет распутницу в келью зимы. Белые стихи - автор Nadezda Jenza https://j-e-n-z-a.livejournal.com/
Ноябрь – время монастырского покаяния разгульного бабьего лета.
Постриг.
И тяжелые золотые косы, падают на уже холодную землю,
рассыпая разноцветные бусины ягод,
вплетенные когда-то с любовью и нежностью.
Облачение.
Черный аскетический наряд, лишь подчеркивает тонкость кости и грацию походки.
Белоснежный барбет подчеркивает азиатские скулы.
А непослушные локоны, так и норовят вырваться из-под него,
напоминая вдруг слишком яркие лучи солнца, непривычные для ноября.
Молитва тиха и монотонна, как бег тяжелых рек, готовящихся к заточению под глыбами льда.
Кровавые гроздья рябины и ломоть ржаного хлеба нового урожая – причастие,
которое навсегда уведет распутницу в келью зимы.
Белые стихи - автор Nadezda Jenza https://j-e-n-z-a.livejournal.com/