В каждой столице есть площадь, которая считается основным местом проведения массовых акций протеста. Площадь Таксим — очаг волнений в Стамбуле в 2013 году, в самом начале которых мне даже довелось поучаствовать. Ну, когда все это еще начиналось как попытка остановить вырубку деревьев в парке. Площадь Франции в Ереване весной этого года разместила палаточный лагерь возмущенных двухходовкой Саргсяна: 1) объяви страну парламентской республикой, 2) изберись премьер-министром. Киевский Майдан Незалежності — на слуху у каждого.
В Каире — это площадь Тахрир. В разгар Арабской весны здесь собрались тысячи вдохновленных примерами Туниса и Ливии демонстрантов, требующих отставки Хосни Мубарака, который в 2011 году готовился отметить тридцатилетний юбилей пребывания у власти. Сменивший его в ходе переворота Мухаммед Мурси долго не продержался, и спустя два года на той же площади полиция громит лагерь его сторонников, несогласных с арестом президента. Громит сурово — с танками, снайперами и армейскими вертолетами. Сотни погибших, тысячи раненых.
В этом же году трое друзей-музыкантов Asem, Zuli и Bosaina за бесценок арендовали помещение ресторана национальной кухни Arabesque, переживающего не самые лучшие времена, поскольку расположен он был совсем рядом с неспокойным Тахриром. На месте этого ресторана они открыли клуб VENT, который на несколько лет стал ключевым местом для андеграундной электронной сцены Каира, несмотря на то, что несколько раз приходилось отменять вечеринки из-за взрывов в опасной близости от клуба.
Тогда (хотя и сейчас, похоже, волна не спадает) в Египте была невероятно популярной музыка Чааби — это такой евродэнс, жирно сдобренный ориентальными арабскими элементами, какой можно часто слышать доносящейся из кальянных и парикмахерских на Sonnenallee. Обычно я обеими руками за смешение смыслов, но тут прямо все не очень. Основатели VENT разделяли эту точку зрения — сорвав первым делом весь национальный декор ресторана, делали упор на экспериментальную электронику.
Так и в музыке ZULI нет ничего арабского, ни намека на происхождение. Но это не отказ от национальной идентичности. Это утверждение, что не всё, что арабское, звучит так, как вы думаете. ZULI дистанцируется от той картинки, которую представляет себе среднестатистический европеец, услышав "музыкант из Египта": “I am often approached with a preconceived notion of pretty much everything from my influences and taste to my politics and lifestyle, solely based on my nationality…Ever since this came to my attention I have been making a point to be as vocal as possible about how unfair that is”.
В начале ноября у него выходит первый полноформатный альбом на лондонском UIQ. Жду с нетерпением, парижским подписчикам рекомендую не пропускать лайв в Concrete 9го ноября.
Ну а пока слушаем хлесткий Trigger Finger EP:
Spotify 🌑
---------------------------------------------------------------------------------------------
Оригинальный пост опубликован в Telegram канале S C H É M A T I Q U E