Никогда.

Я уже не могу тебя обнять, поцеловать, да даже банально коснуться, как бы я этого не желала.

И вот я каждый раз прохожу по тем местам, где мы гуляли, держась за руки, скрепя в замок. Но тебя нет рядом. И уже никогда не будет.

Теперь никогда я не выйду с автобуса, мчась навстречу в твои объятия с уверенностью в том, что ты меня подхватишь и прокрутишь по часовой стрелке, а потом поцелуешь.

Теперь никогда я не обниму тебя со спины, уткнувшись своим холодным носом в твою шею, вдыхая твой одеколон, который подарила тебе я на 23 февраля.

Теперь никогда ты не скажешь мне, что уже холодно и надо зайти в какую-нибудь кафешку, чтобы согреться за чашкой чая и просто побыть подольше рядом.

Теперь никогда мы не посидим наедине дома, лежа на кровати в кромешной темноте, ощупывая лица друг друга, будто руками можно увидеть.

Теперь никогда ты не нарисуешь мне какой-нибудь рисунок, о котором я могу просить; не сыграешь мне на фортепиано то, что я захочу.

Теперь никогда твои руки не обнимут меня, когда мне больно.

Теперь никогда ты меня не поцелуешь в лоб, когда у меня проблемы, а ведь это, действительно, успокаивает меня.

Теперь никогда я не буду разглядывать людей, надеясь, что кто-то из них- это ты.

Теперь никогда не буду вслушиваться в голоса, надеясь, что это ты.

Теперь никогда не буду проверять сообщения, ища твою фамилию.

Теперь никогда наши фантазии не оживут.

Никогда.