Мальчик дима вчера вёл себя, как самый обыкновенный мальчик. Вытаскивал из шкафов и коробок имущество девочек, пытаясь привести его в негодность, не расставался с совком для мусора (благо, он был только куплен на замену тому, что вот-вот сломается). Пытался залазит на горку, игнорируя ступени. Стремился в приступах любви искусать меня и сестру. Спрятал пульт от телеприставки. Ближе к шести стал плаксив, всем недоволен, поэтому был вскоре уложен спать.
В девять я дописала об этом вечерний пост. Выпила лекарства, улеглась спать. В десять с чем-то мальчик захотел есть. Но нет, при этом не проснулся. Второй раз сын поел в три (точное время не назову). И да, проснулся он в пять, точнее, минут в десять шестого. Поел.
У меня на тот момент было состояние уже практически никакое, то ли из-за температуры, то ли из-за недосыпа. Поэтому часов до семи Димон просто ползал по мне и вокруг меня, периодически щипаясь и кусаясь (в знак любви). Если бы не температура, в семь я бы вышла с ним на прогулку, а так пришлось развлекать дома, причём в пределах кухни, чтобы не разбудить Вику, спящую в комнате. В дверном проёме снова висят качели, поэтому это частично спасало ситуацию. Но не на все сто.
В районе девяти тоддлер был накормлен картофельным пюре и котлетой. Процесс поедания растянулся почти на полчаса, но маленький человек был в восторге, особенно от котлеты.
В десять пришла Лера. И отвезла брата к моей тёте.
По-моему, это провал. Причём, полный. Даже папа умудрялся продержаться дольше. Ладно, спишу этот провал на температуру и на то, что это был первый опыт, при не самом лучшем моём самочувствии, не самой лучшей погоде, и вообще. (Это я так себя успокаиваю).
Сейчас на часах 12. Я лежу. Горло болит. Голова болит. Глаза тоже болят.
Что дальше писать, не знаю. Только что стиралка пропищала о том, что стирка завершена.
Вчерашний борщ вполне сойдёт девам на обед. К нему есть картофельное пюре. В недрах холодильника найдётся огурец, горошек, кукуруза, сосиски или наггетсы.
К ужину, возможно, что-нибудь соображу. Или придётся девчонкам довольствоваться яичницей.
Поглядим...
Если глаза перестанут болеть, попытаюсь поработать. Если нет -- буду просто лежать. Лера уже достаточно отдохнула, чтобы денёк занять сестру. Правда, вечером ей в театр, но, авось, до этого времени я оклемаюсь.
Такое вот утро и даже уже не утро.
Всем желаю доброго дня и не болеть.
