Далеко не на всех территориях, очищенных от немецко-фашистских войск, местное население встречало войска Красной Армии с распростертыми объятиями: освободителей считали «красными оккупантами», пришедшими навязывать свой, чуждый аборигенам, миропорядок.
Спектр неприязненных отношений со стороны коренных жителей в таких случаях варьировался от хмурой недоброжелательности до открытого вооруженного противостояния советским воинским подразделениям.
Как вредили западноукраинские бандеровцы
Осенью 1944 года Украина была освобождена от гитлеровцев частями Красной Армии. Однако советским войскам практически сразу пришлось столкнуться с враждебными настроениями со стороны местного населения, особенно ярко проявлявшимися на территории Западной Украины. Местные саботировали приказы освободителей, военнообязанные отказывались проходить мобилизацию, массово уходя в леса и зачастую присоединяясь там к коллаборационистским группировкам.
Начальник организационно-конструкторского отдела ГлавПУРа РККА В. Золотухин, в частности, сообщал в секретной докладной записке на имя руководителя Главполитуправления Красной Армии генерал-полковника А. Щербакова, датированной 15 сентября 1944 года, что в Львовской и Дрогобычской областях Западной Украины часть населения воспринимает в штыки распоряжения советского командования и зачастую оказывает организованное вооруженное сопротивление красноармейским соединениям.
Западноукраинские националисты из Украинской повстанческой армии (УПА), состоящей в основном из представителей местного населения, срывали мобилизацию, мешали убирать урожай, осуществляли постоянные вылазки по нападению на подразделения Красной Армии. Семьи, в которых мужчины скрывались в лесах Западной Украины, активно поддерживали бандеровцев и помогали им. Остальная часть населения была запугана и не шла на контакт с красноармейцами, опасаясь мести со стороны УПА.
Ликвидация бандформирований, поначалу поддерживаемых гитлеровцами, а с крушением Третьего Рейха и западными спецслужбами, продолжалась вплоть до 50 годов. Только по официальным данным, бандиты УПА с 1944 по 1956 годы убили более 30 тысяч человек, из них больше половины – колхозники, свыше 800 – дети, старики и домохозяйки. Потери военнослужащих Красной Армии составили 6476 человек.
«Лесные братья» в Прибалтике активизировались к концу войны
Советизация Прибалтики (Эстонии, Латвии и Литвы) в 1940 году не вызвала такого повстанческого движения, как с начала лета 1944 года, когда прибалтийские республики СССР освободили от гитлеровцев. До этого момента существенных стычек вооруженных групп местного населения с частями Красной Армии зафиксировано не было.
Большей частью организованные отряды прибалтийских коллаборационистов состояли из местного населения, преимущественно сельского. В 1944 – 1945 годах среди «лесных братьев» преобладали «уклонисты» – местные жители, ушедшие в леса, скрываясь от мобилизации в советские войска.
За 1945 год в Литве насчитывалось свыше 50 тысяч таких «улонистов», в Латвии – более 40 тысяч, в Эстонии – немногим более 20 тысяч. Литовские «лесные братья» были самыми организованными, это движение активно поддерживалось не только значительной частью местного населения, но и католической церковью.
В Латвии и Эстонии «лесные братья» проявляли меньшую активность и были хуже организованы. В процентном соотношении в это прибалтийское коллаборационистское движение входило до 1% всего местного населения, в Литве – порядка 30 тысяч человек, в Латвии и Эстонии – до 10 тысяч в каждой республике. В общей сложности сопротивление «лесных» братьев» официальным властям в Прибалтике продолжалось до 60-х годов. За это время националистами были уничтожены десятки тысяч человек, включая женщин и детей.
Западная Европа не всегда радовалась освободителям
Принято считать, что жители западных стран, освобожденных Советской Армией от фашистов, поголовно были несказанно рады избавителям от гитлеровцев. Но такие радужные настроения царили не везде.
По воспоминаниям поэта-фронтовика Давида Самойлова, в восточной Польше жители смотрели на советских солдат «с настороженностью и полувраждебностью», по возможности старались нажиться на военнослужащих Красной Армии. Советские женщины не ходили по улицам польских городов поодиночке, чтобы не рисковать нарваться на неприятности.
В Венгрии местное население очень часто наносило советским военнослужащим-освободителям коварные удары в спину. Как вспоминали ветераны Великой Отечественной войны, в частности, поэт Борис Слуцкий, хмельных солдат и офицеров хуторяне-венгры отлавливали по одному и топили в ямах с силосом.