Я часто делилась с вами воспоминаниями о своей сестре. И еще ни слова не сказала о брате.
Вы, кто был со мной неделю назад, видели мое личное видео, так вот там помимо моих родителей и сестры был и мой брат.
Я редко говорю о нем. Точнее, не говорю вообще. Ни с кем.
Наверное, потому что еще не пережила его утрату. Его нет чуть больше двух лет. На сегодня это мой самый страшный удар.
Скорее всего, потому что он был последним человеком, с кем меня связывали одни корни, одна кровь. Если вы понимаете о чем я.
Это не муж, не дети. Да, у меня есть семья. И у меня есть дети. Но все это другое, это не то. Ничуть не менее важное, но не то.
Человеку нельзя без почвы под ногами. Для меня брат и сестра были корнями, почвой. Они были не просто старше, они были кровью. Моей кровью.
Когда не стало сестры, на ее похоронах, я не видела никого. Только ее в гробу и брата, который как мог держал меня, сам не имея сил стоять на ногах. Мы не были пьяны, мы были убиты.
Мне настолько врезалось это в память, что я по сей день ощущаю и помню, как вытерла каплю с холодного лба сестры и захотела убежать, потому что мне резко торкнуло, что это последнее, что я вообще для нее сделала.
Повернувшись в тот момент, я уткнулась в плечо брата. Вот этот момент меня как застопорил.
Я не забуду никогда как он меня тогда схватил. Как мы выли с ним, вцепившись друг в друга. Оба убежать хотели.
Если вы слышали громкую фразу "рухнули небеса", то не считайте это на высокий слог. Это правда. Они реально падают.
Такое чувство, когда оно одно на двоих. В момент дикого горя. Я не знаю как это описать. Это не надо испытывать никому. Потому что это жутко и страшно.
С того момента многое пережито. Горе то, и особенно тот момент нас с братом развел. Я потом расскажу об этом подробнее.
Мы никогда не говорили об этом с ним. Плакали, да. Но не говорили. И на могиле сестры вместе были лишь один раз.
Я не ожидала, что братья тоже умирают. Когда меня лечили психиатры, они лечили меня ото всего, но не от того, что надо иногда хоронить и братьев.
Мне помогали пережить смерть мамы, папы, сестры и всех.... Но ни один из них не сказал, что брат тоже может умереть.
Моя раздолбанная алкоголем голова не готова была справиться с этим самостоятельно, как это делают головы людей здоровых.
Когда я стояла в морге перед мертвым братом, я не просила прощения, не прощалась. Я смотрела на него и вообще не понимала нифига. Минуту назад понимала, а тут перестала.
На похоронах брата меня не было. Я была в психичке. Нон-стоп вышел: морг-психбольница. Автостопом на "скорой".
А вот сегодня второй мой день рождения, который я встретила без брата. Вы себе не представляете, как это дико. И не нужно, не представляйте. Потому что это мрак.
У меня отличное настроение сегодня. Я не грущу, я не реву. У меня просто заноза в сердце.
Потому что я сегодня обласкана друзьями, детьми, вашими словами. Надо мной светило солнце и я ничуть не вдарилась обратно в депресняк.
Но корней нет. И в такие дни это настолько ощутимо, что даже тосковать и плакать нет ни сил, ни желания.
Хочется просто в такие дни надеяться, что не только мы здесь, кто отмечает свой очередной день рождения, о них помнили.
Очень хочется, чтобы и они оттуда слышали, чувствовали, что я благодарна им всем, что они были в моей пока еще не прервавшейся жизни.
Что я каждой своей клеточкой отдаю им дань памяти. Без них меня бы не было. Ни трезвой, ни пьяной. Меня бы просто не было.
Я груба к ним, когда злюсь. И снова же, по совету психиатра. Меня так учили, чтобы выжить: хочешь орать - ори, хочешь беситься - бесись.
Но им-то сверху видней, что я и орать готова на них, только бы они давали мне сил. И они дают. Иначе я бы сегодня не благодарила брата за то, что он был.
Слышишь, брат? Я жива! Я счастлива! Только услышь меня... И передай другим....