Свой 90-летний юбилей встретила Р. Гринева, ветеран Великой Отечественной войны. Раиса Михайловна признается, что в свое время в паспорте указали неверную дату рождения. С тех пор она принимает поздравления два раза в год. И этот не исключение: одним из первых поздравительных писем стал конверт, на котором коротко значится: «Москва. Кремль».
В советские годы в казахстанском Казалинске имя Михаила Федоровича Шидловского было известно каждому. Пилот-авиатор, участник Русско-японской войны и Первой мировой, механик экипажа самолета «Илья Муромец I», в сентябре 1914 года вылетевшего в Львов, чтобы действовать против австрийской крепости Перемышль. Но для маленькой Раи прапорщик Шидловский был просто любимым дедом. И сам Михаил Федорович души не чаял в внучке, называя ее ласково Раёк. Отец девочки сражался против басмачаей – партизанских отрядов местного населения Средней Азии. В семье только и было разговоров, что о судьбе служивых. Рая слушала взрослых, а потом рассказывала солдатские байки мальчишкам во дворе.
– Как-то деду пришла весть: нашлись его братья, сестра и племянники за границей, – вспоминает Раиса Михайловна. – Вместе мы хотели ехать на встречу с родственниками. Документы были готовы, но деда вызвали в НКВД, попросили сдать бумаги. Шел 1941 год. Летом девчонок отправили работать в поля, мальчишки проходили военную подготовку. А в какой-то день встречаем их понурыми. Война…
Начались отправки на фронт. Парни шли на поле боя добровольцами. А как же быть Рае, только-только перешедшей в девятый класс и горящей желанием защищать Родину от врага? Она записалась на курсы медсестер запаса при райкоме Красного Креста. Учебу окончила в конце 1942 года, а в феврале 1943-го отправилась в военный госпиталь.
– Никак не хотели меня, семнадцатилетнюю, слушать в военкомате, – рассказывает ветеран. – Рост – полтора метра. Хоть совсем шапку не снимай… Тогда я пошла читать новости Совинформбюро по санитарным вагонам. Как-то начала упрашивать начальника поезда взять меня с собой. Он спрашивает: «Антисептику хоть знаешь?». А я в ответ: «Знаю, знаю». Так и уехала на фронт.
Раису Михайловну направили в сортировочный эвакуационный госпиталь в Борисоглебске. Немцы стояли рядом, в Воронеже. Раненых привозили каждый день. Юной медсестре приходилось несладко: порой больных нужно было тащить на себе, а еще кровь, тяжелые раны, запах смерти… Первое время было страшно, потом ничего. Привыкла.
После Борисоглебска Раису Михайловну ждали будни в госпитале Харькова, а Победу она встретила в Австрии, откуда и была демобилизована в 1946 году.
– Однажды много раненых привезли, медсестры торопились поскорее отправить солдат в нужный госпиталь, суета была, суматоха, – вспоминает собеседница. – Бегу по коридору, а меня зовет один боец. На полу лежал с черепным ранением. А мне некогда. Прибегаю чуть позже, а раненого уже нет. Умер, говорят... Просил сказать, что он Леня Кровяков, сосед мой, земляк. Как же мне горько было, что не обратила на него внимания! До сих пор себе этого простить не могу.
После демобилизации 20-летняя Рая вернулась в родной Казахстан. А вскоре встретила любовь: с Иваном Гриневым, выпускником артиллерийского училища, защищавшего Родину на передовой, ее познакомила подруга. Раиса Михайловна отправилась за ним по направлению сначала в Никельтау, потом в Орск. В 1954 году Иван Андреевич начал работать на Орском элеваторе. У Гриневых родился сын, позже – два внука. Сегодня уже у внуков родились дети, но дедушка Иван, к сожалению, не дожил до этого дня. С Раисой Михайловной они были вместе 35 лет.
– Иногда закрываю глаза и понимаю, что у меня замечательная жизнь, счастливая, – заключает Раиса Гринева. – Даже если что-то не устраивает, улыбаюсь. Говорят, те, кто чаще улыбается, дольше живут. Иногда меня спрашивают, почему я никогда ни на что не жалуюсь. Смеюсь в ответ: «Я двужильной солдатской породы».
Екатерина Бастина. Фото автора
Больше материалов на сайте Орская хроника