Поздний вечер. Холодно, снег. Жутко замерзший я иду домой между однотипных пятиэтажек. На улицах никого – все нормальные люди в такое время, да и погоду уже давно сидят дома перед “ящиком” и смотрят очередную тупую мыльную оперу.
Один я, как дебил, чуть ли ни бегом, пытаясь, согреть руки в карманах, шагаю по темной улице. Иду по тротуару рядом с дорогой. Вдали, мне навстречу несутся два огонька.
А ведь так хорошо начался день: моя любимая лекция по философии. Потом на физ-ре как сумасшедшие играли в баскетбол.
Два огонька чуть увеличились.
После Универа пришел домой, душ, все-такое, по сетке с чуваками порубился в контру, позвонил ей.
Автомобиль все приближался.
Договорились, встретились. Сделал ей пару сюрпризов, даже принес давно обещанную книжку.
Дурак ехал на машине с включенным дальним светом фар, что меня крайне забесило.
Пили чай с конфетами, рассказывали друг другу забавные истории, хорошо проводили время.
Автомобиль поравнялся со мной и исчез из моего поля зрения. Сразу стало темно и тихо.
Весь день мы провели вместе. Вечером гуляли, встретили друзей – стало еще веселее.
Только мои шаги мешали тишине поглотить улицу.
У меня было столько возможностей, столько раз мы оказывались так близко… я легко мог прошептать, глядя ей в глаза, и она бы услышала.
Мимо меня прошли двое влюбленных, что только сильнее испортило мое настроение. Они смеются – а мне грустно.
Я даже проводил ее до дома, попрощался и пошел домой. Мямля, блин! Я уже сто раз проклял себя за глупую детскую стеснительность и ненавистную робость.
Совершенно неожиданно я оказался освещен чем-то свыше. “Рановато для Бога,” – подумал я и поднял взгляд.
Фонарь. Я тупо уставился на фонарь. И кто додумался включать фонари в одиннадцать часов ночи?
И тут меня осенило, даже тепло стало. А ведь действительно: завтра новый день, новые возможности, я снова увижу ее и в этот раз подойду к ней, возьму ее руку в свою и, наконец, скажу: “Я тебя люблю”.
Старков Олег