Майкл Редман, директор крупнейшей мировой компании по финансированию судебных процессов Burford Capital, в интервью основателю Platforma Ирине Цветковой рассказал, почему Burford берет в работу всего 1-2% дел из поступающих к рассмотрению и чаще всего это иски от 20 млн долл, какой интерес у Burford на российском рынке и почему компания не использует инновации для оценки перспективы дел.
Полгода назад Burford Capital поглотила своего основного чикагского конкурента Gerchen Keller. До недавнего времени общий объем инвестиций Burford Capital в судебные расходы составлял порядка $1 млрд, а Gerchen Keller – $1,4 млрд. Теперь вы стали безоговорочным лидером отрасли финансирования судебных процессов с капитализацией около 2 млрд долл. Расскажите, пожалуйста, как устроен ваш бизнес.
Сейчас в Burford Capital работает около 80 человек, большая часть команды –юристы и финансисты.
Мы финансируем иски, связанные с международным арбитражем и внутренними коммерческими спорами в США, Великобритании и других странах.
Наши клиенты – это крупные юридические компании. Мы инвестируем в судебные процессы, а они делятся с нами доходом от суммы заявленного иска и присужденного решения. Мы получаем вознаграждение только в результате успешного рассмотрения иска. Но несмотря на существующие риски, наша средняя доходность составляет около 28%.
Вторая категория наших клиентов – крупные корпорации, финансовые департаменты которых хорошо понимают, что долгосрочные судебные издержки, финансируемые из оборотных средств, негативно отражаются на P&L компании. А это очень важный критерий, в особенности для публичных корпораций.
Наша задача - провести свой due diligence иска для клиента и обеспечить финансирование судебного процесса. Юридическую поддержку мы, как правило, отдаем на аутсорс. Мы заключаем контракт либо с юридической компанией, либо с корпорацией, но чаще всего финансируем именно юридические фирмы. Инвесторы, как правило, не вникают в дела, они выделяют средства не под конкретные кейсы, а под доходность компании.
Юридически Burford – не фонд, а публичная компания, в то время как большинство наших конкурентов фонды. В отличие от фондов, мы можем инвестировать в долгоиграющие иски - на 5-6 лет, можем привлекать финансирование в несколько стадий. Помимо Великобритании и CША мы работаем в Азии. За последние два года мы открыли офис в Гонконге.
Какие дела к вам поступают? И какой процент дел вы берете в работу?
Мы берем в работу 1-2% дел из поступающих к рассмотрению.
В основном наши дела это - конкуренция, международный арбитраж, коммерческие контракты, принудительное взыскание задолженности. Коллективные иски финансируем редко.
Есть ли минимальная сумма исков, которую вы берете в работу?
Нам интересно финансирование процессов, исковые требования по которым составляют не менее 20 млн долларов. При этом соотношение суммы иска и затрат на судебные разбирательства в среднем - 1 к 10.
Продолжение на сайте «PLATFORMA.MEDIA»