«Черный понедельник»: предпосылки, история, последствия
«Черный понедельник» — это выражение слышали даже люди, далекие от экономики. Что же произошло в октябре 1987 года?
«Тучные» времена как предтеча кризиса
Как ни странно, именно хорошая жизнь стала одной из предпосылок обвала. Дело в том, что в ситуации, когда почти у каждого есть некоторый избыток средств (а так и было в Америке 1980-х), на рынок акций выходят люди, мало знающие об инвестициях. Такие вкладчики подвержены панике и в сложный для рынка момент могут начать вести себя нерационально, способствуя обвалу. Кроме того, «сытые» времена способствуют росту числа спекулянтов: не обладая ни значительными средствами, ни финансовыми знаниями, они стремятся заработать в краткосрочной перспективе, не заботясь о далеком будущем.
1987 был пиковым для фондового рынка США: рынок, не прекращая, рос с 1982 года. За период с 1985 по 1987 индекс Доу-Джонса вырос вдвое! Как это обычно бывает при таком резком росте, реальное положение дел в экономике не поспевало за ценными бумагами. На рынке недвижимости назревал очередной ипотечный пузырь, люди, несмотря на стабильный доход, брали все новые кредиты.
Предпосылки «черного понедельника»
Большинство экспертов сходится на том, что основной причиной Черного понедельника стало «восстание машин». В то время использование специализированных трейдинговых программ только набирало обороты. Компьютеры уже начали обрабатывать сделки автоматически, а роботы — подстраивать рыночную стратегию под происходящие на рынке события. Ошибкой было полностью доверять роботам на начальном этапе внедрения системы, именно это и послужило причиной катастрофы, когда из-за политических факторов индекс Доу-Джонса «просел», спровоцировав массовые продажи ценных бумаг. Кроме того, финансовые программы того времени не были рассчитаны на большие объемы информации: достигнув определенной границы в объеме сделок, они прекращали работу, «останавливая» рынок.
Другой фактор — непривлекательность акций США для инвесторов. В то время американские ценные бумаги считались переоцененными, и инвесторы старались перевложиться либо в акции других стран, либо в американские облигации.
Еще одна немаловажная причина — структура рынка и стратегии, которых придерживались ключевые участники. В 1987 году набирал обороты новый инструмент, появившийся в 1982 фьючерс на индекс Standard & Poor 500. Индекс S&P 500 отражает состояние акций всех ключевых компаний, представленных на бирже. Для того, чтобы не переформировывать портфели ценных бумаг, ключевые игроки в случае опасений предпочитали продать нужное количество фьючерсов SPX, тем самым защитив свой портфель акций.
Стоимость фьючерсов интересовала и других игроков — индексных арбитражеров. Такие участники занимались, строго говоря, не инвестициями, а спекуляциями, зарабатывая на разнице между фьючерсами S&P и самими ценными бумагами компаний, входящих в индекс. В случае, если фьючерс рос быстрее индекса, арбитражеры продавали фьючерс и покупали индекс, в обратной ситуации поступали наоборот. Вот только для того, чтобы арбитражер получил прибыль, необходимо соблюсти одно условие: продавать и покупать немедленно, именно за ту цену, на которую рассчитывает игрок.
Что же случилось?
Еще в выходные накануне 19 октября обстановка была весьма напряженной. Этому способствовали политические факторы: ФРГ усложнила процесс покупки немцами американских казначейских обязательств, американские ВВС начали бомбардировку Ирана, регуляторы Японии ужесточили национальное налоговое законодательство. Пессимистичным выглядело выступление по телевидению Джеймса Бейкера, министра финансов США.
Все это привело к тому, что крупные инвесторы начали продавать фьючерсы S&P, стремясь защитить свои портфели на фоне общей нестабильности. Этой ситуацией поспешили воспользоваться арбитражеры: они стали скупать подешевевшие фьючерсы и одновременно выставили заявки на продажу обыкновенных акций, рассчитывая заработать на разнице.
Именно в этот момент решающую роль сыграло несовершенство техники: компьютеры просто не успевали обрабатывать заявки, задержка составляла около часа. В итоге акции были проданы не по тем ценам, на которые рассчитывали арбитражеры. Индекс продавался экстремально дешево, а значит, надежды на прибыль рушились. После полудня председатель Комиссии по ценным бумагам и биржам США выступил с заявлением о том, что возможно, придется «временно приостановить торги» - это еще сильнее обрушило рынок. Последней каплей стал тот факт, что программы страховщиков портфелей, в отличие от другого ПО, не остановились, и продолжили продавать фьючерсы SPX. В результате фьючерсы «ушли на дно», а разница в цене между фьючерсом и индексом S&P 500 стала так велика, что корреляция между ними перестала прослеживаться вообще.
Работа над ошибками
Несмотря на то, что «черный понедельник» до сих пор считается главной страшилкой биржевых брокеров, последствия его для фондового рынка не были катастрофическими. Даже наоборот, обострение «болезни» помогло понять, над чем стоит работать, и мобилизоваться для оперативного улучшения системы.
Так, ФРС США стартовала политику количественного смягчения. Масштабный выкуп гособлигаций помог «доставить» на рынок нужное количество долларов, восстановив ликвидность.
Кроме того, были приняты меры для того, чтобы резкое падение рынка стало невозможным технически: например, при резких колебаниях индекса торги принудительно останавливались.
Наконец, было модернизировано аппаратное и программное обеспечение. Регуляторы поняли, что необходимо следить за поведением не только «живых», но и «механических» участников рынка, чтобы убедиться, что они в состоянии адекватно реагировать на происходящее.