Найти в Дзене
Истории из Жизни

Что я сделала, после чего любимый меня возненавидел?

Мы с Машкой ходили в одну группу детского сада, потом сидели за одной партой, жили в одном подъезде. Одним словом, знали друг друга всю жизнь. В десятом в наш класс пришел новенький парнишка. Признаться честно, я влюбилась в него с первого взгляда. Но, увы, безответно. Артем буквально глаз не сводил с моей подруги. Он ходил за ней по пятам. — Завидую тебе, Машка, — сказала как-то ей я. — Чему это? — Сама же знаешь, что сохну по Темке, а он — по тебе! — Юль, Артем для меня просто друг, близкий, очень, но и только… Мне с ним хорошо. Поболтать, пообщаться, в конце концов, поплакаться в жилетку. И все, не более того. Однажды, уже на втором курсе, я подслушала, стоя на балконе, как тетя Катя, Машкина мать, отчитывала ее: — Доченька, неужели ты не понимаешь, что даешь парню надежду? Нельзя так! — Мам, отстань! Он прекрасно знает, что между нами, кроме дружбы, ничего быть не может! — А жаль… Такой хороший молодой человек! Да он тебя всю жизнь будет на руках носить! — Мам, Артем не в моем вкус

Мы с Машкой ходили в одну группу детского сада, потом сидели за одной партой, жили в одном подъезде. Одним словом, знали друг друга всю жизнь. В десятом в наш класс пришел новенький парнишка. Признаться честно, я влюбилась в него с первого взгляда. Но, увы, безответно. Артем буквально глаз не сводил с моей подруги. Он ходил за ней по пятам.

— Завидую тебе, Машка, — сказала как-то ей я.

— Чему это?

— Сама же знаешь, что сохну по Темке, а он — по тебе!

— Юль, Артем для меня просто друг, близкий, очень, но и только… Мне с ним хорошо. Поболтать, пообщаться, в конце концов, поплакаться в жилетку. И все, не более того.

Однажды, уже на втором курсе, я подслушала, стоя на балконе, как тетя Катя, Машкина мать, отчитывала ее:

— Доченька, неужели ты не понимаешь, что даешь парню надежду? Нельзя так!

— Мам, отстань! Он прекрасно знает, что между нами, кроме дружбы, ничего быть не может!

— А жаль… Такой хороший молодой человек! Да он тебя всю жизнь будет на руках носить!

— Мам, Артем не в моем вкусе! Давай закроем эту тему!

Наверное, именно тогда я и затаила на нее злобу. Никому бы и в голову не пришло, что я, не показывая виду, ненавидела Машку. «Ну почему ей все? За какие заслуги? С какого перепугу? И семья у них идеальная, не то что у меня: отец — алкаш и мать — любительница мужского пола. Весь двор над нашей семейкой потешается! И училась Машка всегда на «отлично»! И медаль она, а не я, получила в школе!»

Но если все вышеперечисленное я могла, хоть и с натяжкой, простить, то Артема с его любовью к ней — нет. Стыдно признаться, но на одной вечеринке я даже пыталась его соблазнить. Самым нахальным образом, как в сериалах показывают.

— Юль… не стоит так унижать себя! — с грустной улыбкой ответил он на мои весьма недвусмысленные намеки. — Ты же знаешь, я Машку люблю…

— Типа как в девятнадцатом веке: не отдавай поцелуя без любви? А просто переспать с девушкой?

— А смысл? Чтобы утром было стыдно?

Иногда мне хотелось возненавидеть его, но… не получалось.

На третьем курсе Машка влюбилась в какого-то мальчика-мажора из их института.

— Ты просто не можешь себе представить, какой он! Мачо! Красавец! Из обеспеченной семьи! Мечта, а не парень!

Как-то я их встретила вместе.

— Машка, так он, твой этот Виталик, поразительно похож на Артема! Неужели не замечала?

— Это тебе так показалось! Впрочем, какое-то сходство есть. Только сейчас обратила на это внимание! Вероятно, глаза, немного улыбка. Но пойми, Виталик — другой! Он… он… он…

— Ладно, сейчас слюнями захлебнешься, — мрачно пошутила я.

Прошло некоторое время.

— Юль, только тебе могу сказать… У меня новость. Я беременна от Виталика.

— Упс! И что теперь?

— Не знаю.

— А что он говорит?

— Ничего. Сказал, что ребенок не его! — Маша чуть не плакала.

— А что, у тебя еще кто-то был?

— В том-то и дело, что нет…

— Мачо оказался подлецом! — съехидничала я. — Так сделай аборт. Делов-то!

— Нельзя. У меня отрицательный резус! Больше могу не забеременеть! — вздохнула подруга.

— Мне кажется, что все это выдумки! — вы думаете, я ей сочувствовала? Нет. Я злорадствовала. Да, мне стыдно об этом сейчас писать, но, как говорится, из песни слова не выкинешь!

А потом я как-то встретила их вечером с Артемом и сразу обо всем догадалась.

— Что, решила переспать с Темкой и выдать ребенка от «мачо» за его? — позже спросила в лоб.

— Как ты догадалась? — побледнела Машка.

— Я слишком хорошо тебя знаю! А не боишься, что не только я могу догадаться? — я была жестока и зла на нее.

— Сама же говорила, что они похожи, — растерянно ответила подруга.

— Ха! А где же твоя хваленая порядочность, которой ты всегда так кичилась?

— Нужда закон меняет! — сухо бросила Маша. — Мне остается только надеяться на твою порядочность, дорогая!

Сказать, что меня взбесила подобная ситуация, — не сказать ничего! Как же так? Я готова все отдать, чтобы быть с ним, а она, дрянь такая, решила переспать с моим любимым, чтобы скрыть свой грех? Может, все-таки заложить ее? Рассказать Артему правду?

Но что-то меня сдержало в тот раз. Сдержало и тогда, когда он, встретив меня во дворе, со светящимися от счастья глазами сообщил, что они «с Машенькой решили пожениться».

— Ты будешь крестной матерью нашего первенца?

«Идиот! Кретин! Лопух!» — подумала я и ответила:

— Посмотрим… время покажет!

Но на их счастье, точнее на его, спокойно смотреть я не могла, поэтому, когда мне предложили работу за рубежом, не раздумывая, согласилась.

Уже перед самым моим отъездом Машка, немного краснея, поделилась «с лучшей подругой»:

— И где были мои глаза все эти годы? Артем — необыкновенный, ласковый, любящий, заботливый!

— Один «необыкновенный» у тебя уже был! И что?

— Не напоминай. Виталий — это ошибка! А вот Темка…

И снова я ей повторила свою старую фразу:

— Смотри не захлебнись слюнями от счастья!

Я уехала. Мы не общались несколько лет. А когда вернулась и встретила эту парочку влюбленных с ребенком, была готова разодрать обоих. Ну точно Ромео и Джульетта современности. Ни тебе материальных проблем, ни еще каких.

За время моего проживания в стране ближнего зарубежья у меня случалось несколько романчиков. Но все, увы, без продолжения, без особой привязанности… так… секс — не более того. Мне было больно смотреть на счастливую мою подругу, точнее, как я уже считала, бывшую подругу, и того мужчину, который так и не стал моим.

Как-то встретила Артема, гуляющего в парке с сынишкой. Заметьте, не своим сынишкой. Я тогда была в… м-м-м… несколько нетрезвом состоянии. И меня черт дернул, как говорится, за язык:

— Привет!

— Ой, Юлька! Приветик! Составишь нам с сыном компанию? Мы как раз на качели собрались. Он будет развлекаться, а мы с тобой в кафешке на улице пивка попьем! Как идея?

— С удовольствием!

Как только мальчик убежал, я брякнула:

— Что-то не очень на тебя похож ваш Димон!

Артем сначала ничего не ответил, только слегка удивленно приподнял брови. А я продолжила:

— Да… умеют некоторые опутать!

— Ты о чем? — Он был спокоен. Совершенно.

— Не могу больше молчать! Машка наврала тебе. Дмитрий не твой сын. Ты приютил… бастарда…

— Кого?

— У собак — бастард. Так это называется в мире животных, а в мире людей — байстрюк! Ребенок у Машки на-гу-лян-ный! Как говорили наши бабки, в подоле принесла… А чтоб скрыть свой грех, за тебя замуж выскочила Машенька! И на тебя, дурака, нахально пацана чужого повесила!

Я торжествовала. До поры до времени. А Артем молчал. Долго.

— Ну? И что ты мне на это скажешь? — не выдержала наконец молчания.

— В мире людей говоришь… байстрюк…

А потом рассмеялся, я же, честно сказать, опешила.

— Чему ты радуешься?

— Ой, Юля, тебе так далеко не только до мира людей, но даже и до животных… Ты решила меня удивить? Разочаровать? Разбить нашу счастливую семью?

— Да! Сколько она может над тобой издеваться?!

— Она любит меня. Я — ее и сына. Именно сына! Потому что я всегда знал, что Димон — не от меня!

—А!!! Кто-то раньше меня открыл тебе глаза? И кто же?

— Я сам. У меня не может быть детей. Никогда. Машенька об этом не знает. Но я-то знаю! И всегда знал. Ну и что? Любимых нужно прощать. Впрочем, тебе этого не понять. Увы. Не дано.

Он встал, чтобы уйти, потом развернулся и добавил:

— Хочу сказать тебе две вещи: как же хорошо, что ты не стала крестной матерью моего — слышишь, моего! — сына. Чему такая… хм… может научить! И еще… сделай так, чтобы я никогда тебя в нашем доме не видел. Появишься — спущу с лестницы. Брякнешь кому-то — убью. Я не дам никому разрушать мою семью. Испортить жизнь моему ребенку. Тебе все ясно?

В это время подбежал Димка.

— Папка, пошли на чертовом колесе прокатимся?

— Конечно, солнце мое!

Они, взявшись за руки, ушли. А я долго смотрела им вслед и кусала губы от обиды: «Ну почему это не мой муж? Не мой сын? Почему я так несчастна? Почему не складывается ничего в моей жизни? Если любовь, то безответная. Если подруга, то счастливая. А я — нет. Чем я хуже этой брехливой стервы Машки?»

Ситуация прояснилась через пару лет. Как-то на улице цыганка с маленьким ребенком попросила милостыню. Я грубо прогнала ее. На что молодая женщина сказал:

— Черная душа у тебя. Вся, как паутиной, злостью затянута. Вот и не фартит тебе в жизни! Все завидуешь людям, не можешь понять, что у каждого своя судьба, не стоит вмешиваться в жизнь других, а тем более ее ломать.

Я послала цыганку подальше! Что она, бродяга немытая, понимает? В тот же день собрала вещи и уехала в столицу искать счастья.

С тех пор почти не приезжаю в родной город, а если и бываю, то стараюсь не встречаться с теми, с кем дружила раньше. Ведь до сих пор люблю Артема и ненавижу мою бывшую лучшую подругу. А в жизни мне так и не везет…