Немецкое (ныне Введенское) кладбище возникло как место захоронения жертв эпидемии чумы. К началу XX века стало элитным московским некрополем -- местом погребения купеческой элиты, генералитета, тайных советников и профессоров. К примеру тут находится захоронение представителей прославленной купеческой династии Морозовых: строгая, но величественная мраморная колонна увенчанная крестом.
Надгробия должны были не только соответствовать статусу, но и быть не хуже чем у соседа. А, по возможности, и лучше. В результате некрополь сейчас имеет десятки выявленных памятников архитектуры.
Особенно распространенный сюжет ангелы с орлиным размахом крыла и ангелочки…
Статуи Христа (была еще черная, но из-за поклонения верующих ее в советское время убрали с глаз подальше)
И католические распятия разной степени сохранности...
Таинственные красотки, стоящие на пороге двери в загробный мир…
И просто прекрасные дамы с цветами в руках...
Усыпальницы в виде руин античных храмов…
стены которых современный вандалы расписывают просьбами, в надежде на то, что они сбудутся...
Или мраморная колоннада с мозаикой по центру...
Ну, или просто внушительных размеров тевтонские кресты и обелиски с готическими надписями (все же кладбище то немецкое, т.е. для католиков и прочих протестантов)...
После «пролетарской революции» на бывшем купеческом кладбище стали хоронить и советских граждан, простых и не очень. Очевидно, что тягаться с купеческими олигархами по деньгам и вкусу им было не по силам. Конечно, кому-то удалось присоседится под сень чужой могилки или приватизировать бывший буржуйский некрополь. Оригинальное решение – креативно и бюджетно нашли близкие летчика Александра Макаровича Букина (1892-1934). Его могилу украшает авиационный пропеллер, установленный на постамент, слепленный из трех металлических труб.
На ограду приделаны вырезанные из жести красные звезды, силуэт самолета и эмблемы ВВС.
Однако, идея такого лаконичного по форме и содержанию надгробия все же не оригинальна. Есть на Введенском кладбище надгробие, послужившее для памятника на могиле летчика образцом для подражания.
Это монумент на могиле железнодорожного инженера Христиана Христиановича Мейена.
Инженер в царской России человек, конечно, обеспеченный и уважаемый, но не настолько богатый чтобы на его могиле воздвигли роскошный памятник работы модного скульптора или архитектора. Поэтому поступили просто: соорудили памятник из вагонных колес, сцепок, и высокий крест и из рельсов. Задумка удалась и монумент привлек к себе внимание.
Зинаида Гипиус, в рассказе «Среди мертвых» (1897), описала его как «гигантский памятник над инженером-механиком. Черный чугунный или железный крест поддерживался колесами то зубчатыми, то простыми, связанными цепями. Затейливый, высохший и тяжелый памятник, все эти цепи и колеса, которыми занимался когда-то инженер и, уйдя с земли, оставил их на земле — казалось, давили могилу. Темный, слишком высокий крест в сумраке должен был походить на виселицу».
Из той же серии наглядного креатива -- кандалы на ограде могилы главного врача московских тюрем Федора Петровича Гааза.