Русская православная церковь разорвала отношения с Константинопольским патриархатом после обещания последнего предоставить автокефалию Украинской церкви. В какой проекции рассматривать это событие, и что важно понимать?
В первую очередь, данный трехсторонний конфликт спровоцирован не внутренней динамикой православного коммьюнити, а геополитическим противостоянием США и России на Украине. На практике это означает, что ни исторические, ни экклезиастические аргументы сторон не будут играть никакой роли в урегулировании спора. И даже моральная поддержка России со стороны других православных церквей не будет иметь реального влияния на ситуацию.
Второе: поскольку объектом спора выступает Украина, удар по РПЦ – это в чистом виде стратегия непрямых действий, чтобы изменить статус-кво на Донбассе, не переходя к военным действиям. Расчёт сделан на то, что Россия, в отсутствии других рычагов давления, поддастся на провокацию и спровоцирует эскалацию конфликта (нарушив тем самым договоренности с Западом), в ответ на действия Киева по конфискации имущества РПЦ или дискриминации верующих. Последствия такого шага трудно спрогнозировать с точностью, но речь пойдет, как минимум, о новом витке тяжелых, калечащих экономику России санкций.
Третье: с точки зрения политической социологии, давление на Россию через РПЦ – сильный ход, поскольку задевает саму сущность отношений церкви и российской власти. Русская православная церковь – не посредник, а полноценная часть российского истеблишмента. Она выполняет свою функцию по легитимации власти в глазах общества, получая в обмен не только подобие самостоятельности, но и возможность требовать защиты от государства. Не поддержать РПЦ в конфликте, - значит совершить акт предательства по отношению к части российской элиты. Однако и безоговорочная поддержка может быть связана с такими издержками, на которые окружение Президента пойти не готово. Удастся ли избежать раскола элит? Оставим пока этот вопрос открытым.