Автор рассказа Игорь Воронов - невролог, кандидат медицинских наук.
Больной нуждался в уходе врачей. И чем дальше врачи уходили, тем легче становилось больному.
(Автор не известен)
«Садись в кресло «космонавта», — сказали мне, указывая на огромный деревянный стул с ремнями. Я в него сел, меня зафиксировали, выкатили передо мной столик с инструментарием, которым мне должны были удалить нёбные миндалины. Став за моей спиной, медицинская сестра зафиксировала мою голову. И… врач без обезболивания, на живую стал это делать. Я слышал хруст, чувствовал боль, но мог терпеть. Мне было пятнадцать лет, и я считал, что должен себя вести, как мужчина и ни-ни… И тут врач сказал: «я сейчас и аденоиды уберу». «Как так, —воскликнул я, мне говорили, что только гланды удалят». «Не бойся пацан», - ответил врач и вонзил мне инструмент выше горла, и мне казалось, что режут мой мозг изнутри. Тут вообще было невыносимо...
Моя мама врач и у меня были давно частые простудные заболевания, ангины и хронический тонзиллит. Она не водила меня лечить увеличенные аденоиды и хронический тонзиллит к знахарям и травникам, она, как врач, меня водила «по блату» к разным другим врачам. Кто-то пугал, и говорил, что надо удалять эти разрастания, а то чуть ли ребёнок не станет инвалидом, а кто-то говорил, что мальчик ещё маленький и вполне возможно, что гланды и аденоиды атрофируются. Опять же если удалить гланды и аденоиды, говорили нам, то инфекция будет спускаться ниже, у ребёнка будут частые фарингиты, трахеиты и бронхиты. Помню, что я ходил к какому-то ЛОР-врачу, который в отдельной комнатушке мне в нос капал какие-то им разработанные капли. И я платил ему за такой сеанс десять рублей (крупные деньги для Советского периода). И в плане лечения делал ещё много чего, включая физиотерапию. И всё-таки я попал в больницу.
И вот я в палате после операции, мне дали вафельное полотенце сказав, чтобы туда я сплёвывал что будет во рту. Я плевал и плевал кровь изо рта… мужики по палате заметили, что много крови, а я лежал во взрослом отделении, и там был самым молодым. Они позвали медицинскую сестру, она принесла мне пузырь со льдом. О-о-о, как мне стало хорошо. Я продолжал сплёвывать, но меньше. К утру всё полотенце было красным от крови, но кровотечение прекратилось. Утром мужик по палате посмотрел на моё полотенце и сказал, что в детском отделении после удаления гланд детям дают мороженное…
Я лежал в кровати и читал книгу, на против моей койки был какой-то молодой парень с внешностью хиппи.
- Что читаешь, - спросил он.
- Классическую литературу, которая нам положена по школьной программе.
- Не читай эту ерунду. Вот прочти это.
Он протянул мне небольшую книжку в мягком переплёте. Я стал читать, и она мне нравилась. Не помню автора этого произведения и названия книги. Там было повествование от первого лица студента из Ленинграда, о его любви и приключениях. И не знаю почему, но это было совсем другое чтиво, которое я не привык читать. До этого я читал классиков, которых задавали в школе, какую-то художественную литературу, которую тогда продавали по талонам на сдачу макулатуры или покупали на чёрном рынке. А тут совсем лёгкое и не привычное для меня произведение…
Через определённое время меня выписали. Я вышел на улицу, было начало октября. И я впервые понял, что это такое дышать как обычные люди. Было страшно удивительно и не привычно. Воздух буквально обжигал моё горло. Я понял, что такое, когда твоя кровь насыщается кислородом, что такое иметь свежую голову.
После удаления нёбных миндалин и аденоидов у меня действительно стали отмечаться случаи фарингита. Однако одно дело, когда болит горло и совсем другое дело, когда не дышит нос, когда голова в тумане и практически постоянно плохо соображает.
Ко мне часто обращаются с вопросом оперировать аденоиды или нет, конечно, я не Лор врач, однако я отвечаю так: «Если вам одни врачи говорят удалять, а другие говорят не удалять, то лучше удалить». Ситуации бывают разные и, конечно, лучше окончательное утверждение даст специалист.