Белая кошка клубочком лежит на диване,
Целый день ждёт, когда же придёт хозяин.
Кошка даже не знает, куда он уходит утром,
Но каждое утро кошка на миг умирает будто.
Ждёт каждый день, почти не слезая с дивана.
Во сколько сегодня придёт: поздно ли, рано?
И вот он вернулся. Пьёт в кресле свой чай с печеньем,
А она аккуратно очень взбирается к нему на колени.
Не выпустить вдруг когти, ничем бы не помешать,
Лежит на его коленях, стараясь почти не дышать.
«А может, сейчас погладит? А вдруг, держать тяжело?»
Она еле слышно мурлычет в ответ на его тепло.
И кошка, конечно же, знает: он завтра опять уйдёт,
А ей вновь лежать на диване и ждать, пока время пройдёт.
И думать, а вдруг, забудет, заблудится, засомневается,
Найдёт себе чёрную кошку, а для неё потеряется.
Но всё-таки, верит. Верит, что он вернётся опять.
И чтобы опять на колени, а там замереть, не дышать.
Свернуться в его руках мягким белым клубочком
И еле слышно мурлыкать. И так бы до самой ночи.
В этом огромном мире у него так много проблем,
А кошка? Она же кошка. Поможет ли хоть чем?
Она бы, конечно, готова, если бы только могла.
Но всё, что она может — лишь дать немного тепла.
Кошка совсем не знает, что там и кто в его мире.
А он для неё — целый мир. Весь мир — по соседству в квартире.
Но так ли уж это важно, куда и зачем он уходит?
Важнее то, что внутри от взгляда его происходит.
Хозяин её засыпает, но кошке не спится ночью,
Дыхание слушать, быть рядом, смотреть на него хочет.
Наверное, это сложно и некоторым не понять,
Но «маленькая белая кошка» — немножечко про меня.
