Украинский блогер Дмитрий Якорнов написал книжку "То АТО" о том, как он участвовал в боевых действиях в 2014-2015 году на Украине. Книжка очень показательная в плане того, что творится в голове у украинских добровольцев. Вот юзер Жизд, прочитавший данную книжку, резонно задаётся вопросом: Лично мне было интересно, какого хрена достаточно образованный, русский по национальности, семейный мужик с двумя детьми, поперся добровольцем в украинскую армию? И отвечает: Сам автор, отвечая на этот вопрос, разводит демагогию про ужасный "русский мир", который ждет изоляция, и который не дай Бог доберется до Киева и его семьи. Даже его жена не находит это убедительным, говоря, что это его очередная придурь ("идея фикс" как она сказала). У меня сложилось впечатление, что автора туда понесло потому что он был во-первых безработным (до того работал в рекламном бизнесе), и делать ему было нехера, но при этом средств у семьи хватало (за счет жены наверное), так что поиском заработка он обременен не был.
Украинский блогер Дмитрий Якорнов написал книжку "То АТО" о том, как он участвовал в боевых действиях в 2014-2015 году на Украине. Книжка очень показательная в плане того, что творится в голове у украинских добровольцев.
Вот юзер Жизд, прочитавший данную книжку, резонно задаётся вопросом:
Лично мне было интересно, какого хрена достаточно образованный, русский по национальности, семейный мужик с двумя детьми, поперся добровольцем в украинскую армию?
И отвечает:
Сам автор, отвечая на этот вопрос, разводит демагогию про ужасный "русский мир", который ждет изоляция, и который не дай Бог доберется до Киева и его семьи. Даже его жена не находит это убедительным, говоря, что это его очередная придурь ("идея фикс" как она сказала).
У меня сложилось впечатление, что автора туда понесло потому что он был во-первых безработным (до того работал в рекламном бизнесе), и делать ему было нехера, но при этом средств у семьи хватало (за счет жены наверное), так что поиском заработка он обременен не был.
Во-вторых он был белобилетником, но относительно здоровым (больному было бы не до такой фигни), и как важное следствие - без опыта службы в армии. По себе знаю, что ехал в первый раз из военкомата и во второй раз из отпуска с совершенно разным настроением, потому что во-второй раз уже отлично знал куда еду, а в первый еще всякий мусор в голове крутился из книжек и рассказов старших товарищей. Личный опыт - большое дело, кто в армии служил, тот в цирке не смеется и все такое прочее.
Ну и в третьих, похоже за таким вот опытом его и понесло, чтоб было о чем мемуары писать, лавры Хемингуэя покоя не давали наверное.
В общем наш автор на момент отбытия из военкомата представлял из себя 196-сантиметровый яркий образец безработного офисного планктона, с неплохим образованием, идеологической чешуей в голове и терминами "попочленцы", "Лугандон" и "Хуйло" в блоге, ради раскрутки которого он по сути, в армию и попёрся.
Кроме автора - а он называет себя "рядовой Пушистик", что для взрослого мужика как-то даже странно - в книге рассказывается ещё о судьбе двух добровольцах. Почему первый пошёл добровольцем, непонятно, а про второго вот что:
Л., 30 лет, из Сумской области, 5 км до России, 5 км до колонии строгого режима, недалеко Шостка. Закончил «бурсу», служил в армии в 2002-03 гг, в Десне, на танкиста и разведчика, потом — в Бердичеве. Про армию рассказывает, что посылал командиров («пидарасы!»), потому много по больницам.
После армии попал миротворцем в Косово, но пробыл там всего четыре недели — якобы их командир давал наводки на квартиры, они ходили и выносили все, потом четырех уволили.
На запястье тату — «золото» (Запомни, Один Лишь Обречен Ты Остаться), рассказывает, что был в тюрьме, так многие зеки с удовольствием пошли бы в ВСУ («рвать сепаров»). Напротив, в Сумской области многие за Россию, переубедить невозможно, смотрят их ТВ — в Шостке дважды обстреливали военкомат из РПГ. Сам Л. типа доброволец, но позже признается, что по пьянке приставал к девушке, та подала заявление в милицию, участковый предложил: или в тюрьму, или в АТО.
Итого у чувака в анамнезе мародерство, отсидка в тюрьме еще за что-то, и наконец как вишенка на тортике изнасилование или по крайней мере попытка изнасилования, за простое "приставал" тюрьму не обещают. Д - Доброволец, однако!
Вот такой характерный контингент. Идеологизированный "офисный планктон" из больших городов и криминальный сброд.
"Пушистик" пишет про быт украинской армии довольно честно - и быт этот непривлекателен:
Первое впечатление от казармы негативное. Средний возраст 35–40, почти все без формы, есть бомжеватого вида (некоторые из глубинки, правда, выглядят так же). Все кровати односпальные, пружинные, но есть и типа раскладушек, более жесткие; в передней части орет ТВ (как выясняется позже, на него скидывались), люди смотрят, лежа на кроватях или сидя на стульях в проходе.
Подъем в шесть, завтрак в семь, плюс-минус. По дороге из других казарм часто кричат: «Слава Україні!» — ответ «Героям Слава!» в исполнении 200 человек звучит очень мощно, даже сам заряжаешься. Еще кричат: «Путин» — ответ «Хуйло!» или «Щоб здох!».
Перед ужином — построение. 15 минут командир рассказывает, что никому рот зашивать не будет, но его начальство все время к этому принуждает. В начале февраля сюда привезли парней с ротации, и они тут упивались вусмерть. И в это время приезжает Дискавери — все это сняли, вместе с комментом одного синяка: «А что тут еще делать? Тут пьют даже те, что дома не пьют». Таких, которые допиваются до белочки, отправляют в психушку в Чернигов (вроде пара человек уже там).
Речь офицера продолжается: не можешь без 100 г (а такое впечатление, что некоторые из сельских 40+ мужчин и в самом деле к этому привыкли) — выпей перед сном и залезь под одеяло. Те, кто не сдерживается здесь, там будет синячить еще больше, я знаю, потому что там был, после первого обстрела у любого человека стресс, руки дрожат.
Местное население ВСУ закономерно не любит:
При проезде через сепарские села надо быть очень внимательным. Если из села выходят посмотреть трое, то растяжки надо снимать с дороги, если много, значит — с РПГ и других стволов шмалять будут. Т е. все местное население так или иначе связано с сепарами и видит, где кто сидит. Нашим помогают крайне редко, и доверять никому нельзя.
ВСУ отвечает взаимностью:
Мужчина 45–50 лет из Луганска рассказывал, что люди там совсем другие. Цитата; «Каждого второго надо уничтожить, хоть бы и вместе с семьей» (позже мы узнаем, что он член УНА-УНСО).
И всё это не "российская пропаганда", всё это пишет военнослужащий ВСУ, причём уверенный, что их дело правое.
Показательное получилось саморазоблачение.