Сегодня замечательный день. Я неспешно гуляю в сторону дома, улыбаюсь нежному октябрьскому солнцу, щурюсь от его бликов на трамвайных путях и наслаждаюсь шепотом золотистой листвы, пробивающимся сквозь городскую суету. Наверное, я выгляжу немного отрешенной, или много, ну и ладно. Жаль, что хорошее настроение не передаётся воздушно-капельным путём, но я изо всех сил стараюсь передать окружающим позитивный настрой самой беззаботной улыбкой.
Как обычно, прохожие смотрят на меня как на сумасшедшую и спешат унести свои серьёзные физиономии к своим жутко важным делишкам. Иногда я специально смотрю им прямо в глаза - нравится наблюдать за их реакцией: серьёзность мгновенно улетучивается, её место занимает сначала растерянность, потом лёгкий ступор, ещё через мгновение они отводят взгляд вправо и ускоряют шаг.
Такая стрельба глазками и улыбками по серой действительности занимает около секунды и доставляет мне невообразимое удовольствие, но иногда случаются осечки, и последняя случается прямо сейчас - невысокий парень, стоящий возле какого-то магазинчика, кажется, тоже был немного отрешен от реальности - и серьёзным не был, скорее немного озадаченным, и сбежать от моего заряда позитива не пытается. Так и стоит возле залитой рыжим осенним солнцем стены магазинчика, украшенной подвесными горшками с тряпичными цветами, и опирается на сияющий велосипед.
В таких декорациях он походит на студента из уютного итальянского городка, но характер у парня явно не итальянский - он продолжает растерянно смотреть на меня и вот уже целую секунду явно не может на что-то решиться. За это время я почти прохожу мимо.
- Простите... Вы не могли бы мне... помочь? - неожиданно собрался с духом итальянец.
- А чем? - невозмутимо отвечаю я вопросом на вопрос. У меня часто спрашивают дорогу и мелочь, поэтому я не пугаюсь вопросов незнакомцев. Время, кстати, давно не спрашивают, видимо, по мне заметно, что в моём мире оно течёт по-другому.
- Я не могу выбрать подарок для своей...э... сестры, а у вас... стиль... очень похож. А вот у мадемуазель продавщицы явно другой вкус, - обречённо выдыхает он.
Я невольно бросаю взгляд на окно магазинчика - даже сквозь отражение города в освещённом стекле видно, что обитающая там барышня решила превратить себя в расписную ёлку, не дожидаясь Нового года. Да уж, она определённо поможет с выбором какой-нибудь безвкусицы. Похоже, человеку и правда нужна помощь!
- Хорошо, идём! Какой подарок выбираем?
Кажется, он тоже не ожидал такой бодрости в моём голосе.
Следующие пару часов я шаталась по магазинам с незнакомцем, даже имени которого не знала, и проводила время необычайно весело. Наконец идеальный подарок был найден, упакован, и миссия вроде как завершена.
- Я перед тобой в неоплатном долгу, - “прощальный” голос был всё так же весел.
- Надеюсь, твоей девушке понравится подарок, - сказала я как можно дружелюбнее, но хитрость как и сочилась из моих слов. Итальянец смущённо опустил глаза, и улыбка медленно сползала куда-то в сторону асфальта.
- Хотя... Почему в неоплатном, - я поспешно попыталась спасти неловкую ситуацию, которую создала и созерцала с нескрываемым удовольствием, - поможешь выбрать подарок для...э… брата?
- Подняв глаза, он смотрел на меня в упор. Озорные искорки (или отблески заката?) плясали в его глазах, а улыбке позавидовал бы сам Чеширский кот.
- И когда же день рождения у твоего парня?
- Пятого декабря, - невозмутимо ответила я. Точнее, мне казалось, что невозмутимо, а на самом деле вид у меня был такой торжествующий, как будто я только что выиграла у него партию в шахматы.
- Тут он неожиданно достал телефон и начал копаться там, как будто забыв о нашей шахматной партии, а через полминуты спрятал и выдал:
- Понедельник. Тогда в субботу в шесть вечера на этом самом месте. Идёт?
- Идёт! - без раздумий согласилась я.
- Тогда не смею больше задерживать милую леди, - притворно-пафосно подытожил он, но не сдержался от улыбки и чистосердечно-просто произнёс, - спасибо тебе!
- Тебе спасибо, - ответила я, - за весёлый вечер!
- Да, за веселый вечер, - тихим эхом повторил он, кивнул и сел на велосипед. Легкая тень от какой-то птицы пробежала по его лицу, и тут же исчезла вместе с мимолетной печалью. Печаль никогда не устоит перед такой хитрой улыбкой, с которой он поднял руку в прощальном жесте. - До третьего декабря!
- До третьего декабря, - ответила я.