Мечты о «Новом человеке» в начале XX века в Роcсии Первая треть XX века в умственной жизни России прошла под знаком напряжённого ожидания Конца Дней, чаяния Нового Мира и Нового Человека, радикально отличного от человека актуального, человека неизвестно какого, но, несомненно, гения. Эта тема наложила печать на поэзию и прозу всего Серебряного века, на весь русский авангард с абстракционизмом В. В. Кандинского и супрематизмом К. С. Малевича. Знаки времени легко уловить при взгляде на мистическую геометрию и искусствоведение о. Павла Флоренского, на уникальный мир Велимира Хлебникова, и так далее, вплоть до чинарей и Даниила Хармса, на котором авангард (и удар времени) закончился. Выяснение творческих мотивов у таких сложных личностей, как скажем, Андрей Белый или Василий Васильевич Кандинский, требует специального анализа. Поэтому бросим взгляд на более наивного, в некотором смысле, Казимира Севериновича Малевича. В декабре 1913 года Казимир Малевич написал вполне привычные кубистиче