В начале октября Управление президента по социально-экономическому сотрудничеству со странами СНГ, Абхазией и Южной Осетией было переименовано в Управление по приграничному сотрудничеству. «Отпочкование» от новой структуры тематики СНГ и перевод ее на новое штатное расписание вряд ли что-то изменят в плане содержательности действий на оставшихся участках работы. О том, насколько «эффективно» до этого работала команда Суркова-Говоруна, мы можем видеть по абхазским кейсам.
27 мая 2014 года в Абхазии неожиданно для всех, даже для самих мятежников, свергли президента Александра Анкваба, не пользовавшегося кстати говоря, доверием в Москве. События, которых никто не мог предсказать, стали сигналом Кремлю для начала процесса формирования «управляемой реальности». В профильной структуре АП тогда решили не особо заморачиваться на разного рода дипломатические уловки и тонкости, а принялись массово «покупать» среди абхазской элиты «нужных» людей — политиков, министров, общественников, журналистов. Бюджеты лились рекой.
Причем, надо отметить, что если в самом начале в составе Управления АП еще присутствовали люди с хорошим профессиональным бэкграундом, то уже в 2015 году начался выход «в поле» абсолютно неподготовленных людей. Зато слухи о том, что москвичи где-то выставили мешок с деньгами, расходились по свадьбам, похоронам, которые здесь собирают тысячи людей. В итоге почти вся элита в разное время получала те или иные суммы за все, что угодно, особенно за проведение «круглых столов», которые очень любили в Управлении, ибо можно было видеокартинкой оправдать необходимые затраты. В лучшем случае эти столы формально отрабатывались.
Однако при таком подходе в самой Абхазии никто всерьез сотрудников Управления не воспринимал. Исходя из понимания того, что эти люди все-таки представляют Кремль, с ними общались на подобающем уровне, получая взамен чаще всего просьбу разместить или озвучить какой-нибудь, наскоро набросанный текст. Но для целого ряда лидеров общественного мнения, политических сил, весь этот каламбур казался «рукой Москвы», которая предпринимает всевозможные усилия для ограничения суверенитета Абхазии. Отсюда - второй реальный результат работы Управления: удалось раскачать антироссийские настроения.
Список задач Управления по абхазскому направлению был не длинный, но постоянный. К примеру, лоббирование задач, уже реализованных и не требовавших политического сопровождения. Например, заключение Соглашения о создании Объединенной группы войск РФ и РА. Работу над документом вели военные, никакого противодействия в республике со стороны каких-либо «националистических сил» не было, но было важно поставить «галочку» – якобы подписание Соглашения - политический успех курирующей структуры АП.
Постоянными темами российско-абхазской повестки были две. Это борьба против священнослужителей Новоафонского монастыря, которые в РПЦ считаются раскольниками, захватившими монастырь. Но к этой теме по-настоящему приблизиться не удалось. Работа требовала наличия кадров с соответствующим образовательным уровнем, погружением в специфику, которых не было.
Вторая тема - это лоббирование либерализации рынка недвижимости Абхазии. Дело в том, что в Абхазии неграждане страны не имеют право приобретать жилую недвижимость. Это ограничение создает нелегальный рынок жилья в интересах коррумпированного чиновничества. В основе - миф о якобы возможности массовой миграции в Абхазию россиян, если рынок откроют. Но очевидно, что Абхазия в том состоянии, в каком она есть, непривлекательна как место для приморской, благополучной жизни. Развалена инфраструктура, очень высокий уровень преступности, нет нормальной медицины. То, что тут называют «домами» и «квартирами», с точки зрения платежеспособной российской аудитории таковым не является вовсе.
И казалось бы, бог с ними, с абхазскими мифами, пусть бытуют. Но московские эмиссары начинают отчаянную борьбу с ними. И рациональная природа этой борьбы так и осталась невыясненной. Зато вопрос с реальной защитой россиян оказался вне поля зрения Управления. В итоге в дружественной Абхазии избили на улице официального представителя МВД РФ в республике и ограбили главу российского Торгпредства.
Зачем была нужна эта тема? Нужен был сюжет, который создаст конфликт, который нужен для возникновения долгоиграющей политической истории. Бесконечная имитация деятельности.
Подытожим. Каких результатов команда Суркова и Говоруна достигла в Абхазии за эти годы?
- Дискредитирован сам процесс российско-абхазских отношений. В нем вместо рациональной повестки, все эти годы навязывалась откровенно имитационная повестка – не имеющие никакого значения темы, повышающие эмоциональный уровень диалога.
- Дискредитированы абхазские политические силы, которые стремились к активному и рациональному участию в российско-абхазском диалоге и реализации конкретных программ и задач.
- Заметный рост антироссийских настроений. Формирование теперь уже устойчивого мифа о политике Москвы, направленной на ограничение суверенитета республики.
- В Москве, по политической линии, не имеют представления о реальных процессах, происходящих в Абхазии.
Тем не менее, в Абхазии складывается ситуация, которая несет репутационные издержки и для Москвы. В республике власть фактически самоликвидировалась, экономика развалена, высокий уровень преступности, разгул наркомании, по количеству жертв ДТП Абхазия выходит на одно из первых мест в мире.
Грамотное политическое сопровождение российско-абхазских отношений, действительно, необходимо. А его как не было, так и нет. Поэтому существует опасность, что при закрепившихся за эти годы подходах, у новоявленного Управления президента по приграничному сотрудничеству под патронажем связки «Сурков — Говорун» все продолжится по инерции — в виде устоявшейся практики организации политических спектаклей на заданную тему, с имитацией действий вместо самих действий и с одновременным «распилом» выделенных на эти цели бюджетных средств. Правда, в конечной точке этого «маршрута» как бы не получить результат, обратный ожидаемому. И не только — в Абхазии. Она — для примера...
https://t.me/kremlebezBashennik/3040