В общем, с кошкой мне пришлось расстаться, потому что мама не разрешила, а бабушка не отдала. Две мои любимые женщины были против нашей с Мусей любви. Я уехала с рыданиями, ожидая с нетерпением встречи через год, на новых каникулах.
Год "прошел, как сон пустой", и вот я прикатила к бабушке, и первым делом кинулась искать Мусю. Она не появилась в первый вечер, бабушка на мои вопросы только отмахивалась: "Та, шляется иде-то!". Я, пораженная такой черствостью, уставшая от перелета и переживаний, уснула, пока взрослые отмечали приезд, встречу, отпуск (нужное подчеркнуть). Поэтому я проснулась раньше всех. Пробуждение, как в "Крестном отце": в рассветной тишине и благоденствии раннего утра я вижу, что на моей накрахмаленной, любовно подсиненной и отглаженной подушке лежит здоровенная крыса. А рядом сидит Муся - и улыбается.
Конечно, я повела себя не так, как Джек Уолтс. Если бы я начала орать, то Мусе бы попало, а я предстала бы перед родней истеричкой - что не пристало настоящему индейцу! Я обняла и расцеловала мою прекрасную Мусю, которая за год выросла в красивейшую кошку -и не поленилась потратить весь день, чтобы раздобыть мне такую великолепную, огромную крысу. За это я была вознаграждена: каждый мой приезд Муся мне притаскивала крыс. Даже если была кормящей матерью, или на сносях. Крыс мне приходилось тайком выбрасывать, чтоб ни Муся, ни бабушка не видели.
В этот мой приезд у всех детей кумирами были храбрые мушкетеры, а девочки сходили с ума от Констанции и Миледи.
Мусе ужасно не повезло. За лето она побывала Д.Артаньяном, бесчисленное множество раз - Констанцией, пару раз Атосом, один раз Ришелье, и раз 15 Миледи Винтер. Мы ей пошили одежки для всех ролей: мушкетерский плащ, нарядное платье, мантию, простолюдинское платье, мушкетерскую шляпу. Раздобыли детскую коляску, которая играла роль экипажа, выточили из прутиков сабли - в общем, все у нас было.
Мусина преданность ко мне была настолько неисчерпаема, что она молча и с достоинством носила все эти наряды, тряслась в экипаже, когда ее похищали злодеи, ловко фехтовала деревянной шпагой - и ни разу! ни разу даже не попыталась сбежать. Утром она встречала меня вопросительной мордочкой: "Что на этот раз придумаете?"
В общем, тем летом Муся стала звездой. И наверное, это закалило ее характер еще больше, потому в следующем году я застала Мусю грозой всех окрестных собак и любимицей всего населения городка.
Она была удивительная, моя Муся